Как будут складываться взаимоотношения стран в будущем — по принципу «государство государству волк» или же в мире, отягощенном геополитической турбулентностью, все же возможны конструктивное сотрудничество и даже глобальная дружба? Ответы на эти вопросы искали эксперты в ходе дискуссии Аналитического центра ВЦИОМ на тему: «Будущее глобального мира: конфронтация или сотрудничество?».
Передел мира
Образ геополитического будущего, которое мы заслужили, — напряженное соперничество между странами: государства будут бороться за место под солнцем в конструкции нового многополярного мира. Во всяком случае, именно таким видят эксперты вероятный сценарий на ближайшие десять лет.
«Наиболее реалистичный, как представляется нашим коллегам, сценарий — напряженное соперничество за глобальное технологическое лидерство. Цена вопроса высокая — мировое лидерство, пропуск в новый технологический уклад. Фактически это новый передел мира, новые богатые, новые бедные, новые сильные и новые слабые», — прокомментировал директор аналитического центра ВЦИОМ, декан факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве России Валерий Федоров.
Впрочем, есть нюансы. Надежда на благоприятный сценарий, при котором страны будут продуктивно сотрудничать для совместного решения задач (а скорее — для более эффективного противостояния глобальным вызовам), все же есть. Партнерство стран скорее будет глубоко прагматичным, основанным на общем участии в мировых мегапроектах. Среди других трендов глобального сотрудничества, которые проявятся в ближайшие годы, — стратегия многополярности, преобладание гибридной дипломатии, усиление влияния Африки. «Африканские элиты тоже прошли долгий путь трансформации, и сейчас, похоже, намечается прагматизация этих элит. Существует целый континентальный проект модернизации, он постепенно формируется», — дополнил Валерий Федоров.
Африканский мегатренд
Значимость африканского мегатренда для России подчеркнули и другие эксперты. Однако как именно будет развиваться этот тренд, учитывая неравномерную специфику стран африканского континента, прогнозировать сложно.
«Африка как будущее» – фраза, которая звучит уже не первый год, но при этом есть огромное количество вопросов, как это будет развиваться. С точки зрения цифр всё должно быть замечательно. К 2050 году жителей континента будет 2 млрд человек, причем, в отличие от населения остального мира, это молодежь младше 30 лет, а в некоторых странах средний возраст — младше 19 лет. Соответственно, в будущем Африка — крупнейший рынок, за который все пытаются бороться уже сейчас. При этом пока не решены такие принципиальные вопросы, как энергетическое обеспечение. Нам бы, конечно, хотелось видеть Африку растущим рынком, куда мы могли бы экспортировать свои продукты. Но для этого на континенте должны реализовываться значимые начинания, и положительные изменения поддерживаются. В Африке есть большой потенциал для роста урбанизации: через 20 лет запросто может появиться еще десять городов — в дополнение к уже существующим многомиллионным Лагосу, Киншасе, Йоханнесбургу и другим. Соответственно, появляются те же потребительские тренды, что и в Москве и других российских мегаполисах. Поэтому российский опыт может быть крайне релевантным и востребованным», — считает Владимир Илянин, управляющий директор по развитию бизнеса по региону Африка к югу от Сахары ПАО «Сбербанк». Как подчеркнул эксперт, другой актуальный вызов для Африки — нехватка врачей. В связи с этим особенную востребованность на континенте могут получить проекты, связанные с цифровой медициной.
Остров безопасности в океане есть
Сотрудничество стран возможно, однако в целом геополитический ландшафт ближайшего будущего будет строиться по принципу «островов безопасности». «Государства мира будут с большим увлечением строить свои техно-суверенные, или техно-националистические, комплексы ради того, чтобы чувствовать себя в безопасности. Не надо искать безупречной рациональности в этих мероприятиях. Это вопрос чувства защищенности. Защищенность — это всегда то, за что вы платите в первую очередь. В этом смысле сценарий «все против всех» уже реализуется. Это очень хорошо заметно и по США, и по Индии, и по другим государствам, которые инвестируют в свой собственный искусственный интеллект, дата-центры, биотех и другие направления», — поделился мнением Иван Данилин, заместитель директора по научной работе ИМЭМО РАН.
Перед странами встанет задача достижения технологического суверенитета — реального, а не декларируемого. В эту гонку они активно вступают уже сегодня.
От биоэкономики до агротренажеров
В этих условиях одна из важных задач для России — развитие стратегически важных технологических направлений, одно из которых — биоэкономика. Национальный проект «Технологическое обеспечение биоэкономики» направлен на создание инфраструктуры для использования биологического сырья и разработку уникальных технологий для сельского хозяйства, экологии, фарминдустрии. Как рассказала в ходе дискуссии Дарья Шевякина, заместитель директора департамента химической промышленности Минпромторга России, главной целью национального проекта является достижение технологической независимости России, формирование новых рынков в сфере биоэкономики. «В более долгосрочной перспективе мы говорим о создании устойчивых предпосылок для технологического лидерства нашей страны. Мы говорим о стратегической задаче: Россия должна войти в число мировых лидеров в отрасли биотехнологий и биоэкономики. Также нам необходимо снизить критическую зависимость от импорта по ряду ключевых продуктов и одновременно с этим развить экспорт продукции глубокой переработки с высокой добавленной стоимостью и эффективно выходить на внешние рынки как с готовыми продуктами, так и с технологиями, которые могут быть востребованы на внешних рынках», — подчеркнула эксперт. Как пояснила Шевякина, для России вызовом является не столько дефицит сырья, сколько обеспечение эффективного использования уже имеющихся богатых ресурсов, а также их логистики, переработки. «Именно на устранении этих барьеров у нас и сосредоточен весь национальный проект», — резюмировала Шевякина.
Между тем энергетическая основа завтрашнего дня — атомная энергетика. Благодаря России возможности атомной энергетики стали доступны в том числе и для стран с нулевым опытом работы с ядерными технологиями. «Ключ к успеху «Росатома» — интегрированное предложение для заказчиков АЭС. Оно включает в себя не только сооружение энергоблоков под ключ, но все работы в рамках жизненного цикла построенной станции — от подготовки кадров до поставок топлива на весь период эксплуатации, ремонтных работ и последующей утилизации объекта до переработки отработавшего топлива. Фактически Росатом снимает всю головную боль с заказчика. Этого в мире не делает никто.
Благодаря такому подходу заказчиками на российские АЭС смогли стать не только развитые страны, но и большой пул развивающихся стран. Например, Бангладеш, где появление атомной электростанции фактически интерпретируется в том числе и как ускоренный способ попасть в клуб развитых государств. То, на что другим странам потребовалось 60-100 лет, они хотят пройти лет за 10-15, используя те бенефиты, которые атомная энергетика приносит помимо выработки электроэнергии. Речь идет о совершенствовании образовательной системы, национальной науки, промышленности, культуре в целом и культуре безопасности в частности. Атомные станции в развивающихся странах однозначно ассоциируются с гордостью. Представьте, мы строили энергетический объект, а вдруг построили гордость за свою страну», — рассказал Андрей Тимонов, директор департамента коммуникации Госкорпорации «Росатом».
Ядерные технологии востребованы и в науке, и в медицине будущего. «В области онкологии ГК «Росатом» выпускает уникальные радиофармпрепараты. Это прямой вклад в наш технологический суверенитет. Конечно, поддержу, что только страна, обладающая промышленностью ядерных технологий, может делать подобные препараты», — отметил Пётр Тимашёв, директор Института регенеративной медицины Сеченовского биомедицинского парка.
И правда, нет дружбы крепче той, что замешана на ядерном топливе и лекарствах от смертельных болезней. Как рассказал Пётр Тимашёв, передовые российские разработки в области биомедицины смогут внести значительный вклад в борьбу с опасными заболеваниями в разных странах. «Сейчас вектор нашего научного взаимодействия смещается на Африку, в частности на ЮАР — центр научной мысли и университетской жизни континента. Ни для кого не секрет, что там есть проблемы с распространением туберкулеза, а Россия обладает самым большим в мире опытом борьбы с этой болезнью. Мы с коллегами разрабатываем решение на основе искусственного интеллекта для раннего выявления опасных для окружающих бактерионосителей», — добавил Тимашёв.
Другим значимым вектором сотрудничества России с другими государствами остается агропромышленный сектор. По данным опроса Аналитического центра ВЦИОМ, сельское хозяйство находится на четвертом месте в рейтинге отраслей, технологии которых наиболее востребованы в мире.
«Это важный сигнал. Общество начинает воспринимать российский АПК не только как поставщика продукции, но и как мощный технологический сектор, входящий в топ-5 самых перспективных для экспорта», — рассказала генеральный директор АО «Агропромцифра» Ольга Чебунина. Она отметила, что с 2022 года российский рынок агротехнологий прошел путь глубокой трансформации: от преодоления критической импортозависимости до разработки суверенного ПО и формирования стратегических альянсов на рынках Глобального Юга — в Африке, на Ближнем Востоке и в Индии.
«Активное внедрение агродронов и искусственного интеллекта — лишь часть масштабной цифровизации отрасли. Настоящей „визитной карточкой“ России стал переход к платформенной экономике. Именно платформенные решения сегодня задают международные тренды в бизнесе, образовании и госуправлении. Так, принципы платформенности легли в основу проекта „Агроакадемия“. Мы создали цифровую среду, где студенты получают практические навыки на тренажерах реальных ФГИС. Такой формат гарантирует „бесшовный“ переход выпускника в реальный сектор: все производственные задачи заранее отрабатываются в цифровом поле. Именно на такие комплексные решения сейчас ориентируются наши партнеры из дружественных стран», — пояснила Ольга Чебунина.
Перед таянием ледников все равны
По мнению Евгения Кузнецова, футуролога, эксперта по инновациям, генерального директора управляющей компании фонда Digital Evolution Ventures, главная задача настоящего — адаптироваться к супербыстрым изменениям. «Если посмотреть на 20–30 лет вперед, то мы видим мощную трансформационную эпоху. Надо понимать, что мы запускаем новый цикл глобального роста. Главным доминирующим трендом является рост глобальной торговли и рост глобальной кооперации. Однако в этом балансе все равно не может существовать множества центров (нового многополярной реальности. — Прим. ред.), их может существовать, например, два. Может, будет несколько центров, активно сотрудничающих с ведущими странами, играющих роль балансиров и партнеров. Сейчас на такую роль претендует, например, Индия, которая старается действовать очень сбалансированно. Тем не менее цена прогресса чрезвычайно высока, почти все те технологии, на которые будет сделана ставка в ближайшие десятилетия, очень дороги», — считает футуролог, эксперт по инновациям.
Россия действительно может многое предложить миру, поэтому многим странам стоит стремиться к глобальному партнерству с обязательным участием нашей страны.
«Например, изменения климата убивают огромное количество посевных площадей и сельскохозяйственных территорий в мире, и Россия становится в буквальном смысле житницей мира», — сказал Кузнецов.
В то же время, напомнил эксперт, необходимо срочно сделать рывок в развитии космоса, чтобы компенсировать отставание России. «Что касается биомедицины, то главным нашим достоинством является не столько создание новых технологий, сколько их масштабирование. В плане производства дженериков Россия вышла на достаточно высокую степень самообеспечения, в части цифровой медицины Россия во многом лидирует. У нас есть что показать среди инструментов организации здравоохранения, а не только среди новых лекарств. Вероятно, в этом перезапуске глобальной медицины мы найдем свое место. На основании исторического опыта России я делаю вывод, что если мы удачно встроимся в геополитическую и геоэкономическую конъюнктуру, то в отдельные периоды российская экономика может расти на 5, 7% и выше. Это будет очень впечатляющий рост, но он невозможен в условиях замкнутой экономики. Он возможен только в условиях интеграции в глобальные процессы и в глобальную торговлю», — подытожил эксперт.
Сценарии сотрудничества так или иначе проявятся в противостоянии глобальным вызовам, также уверен Иван Данилин. «Большие вызовы — глобальное потепление, проблемы нехватки чистой воды, вопросы здравоохранения — никуда не уйдут, какой бы техносуверенитет у нас ни был», — подчеркнул заместитель директора по научной работе ИМЭМО РАН.
Значит, будем дружить точечно: по всеобщей мировой необходимости!
Читайте на ресурсах АЦ ВЦИОМ: