Глобализация существенно изменила лицо нашей планеты за последние три десятилетия — и продолжает его менять! Баланс плюсов и минусов динамично меняется: «Выгоды глобальной торговли и путешествий всегда сопровождались всемирным распространением инфекционных и других болезней», — напоминает американский экономист Джеффри Сакс. Но и глобализация науки внесла свой вклад в борьбу с распространяющимися болезнями… Итак, все сложно! Можно ли поставить глобализацию под контроль, сместив баланс в пользу бенефитов? Это сложно по нескольким причинам. Во-первых, глобализация «предполагает замысловатое переплетение физической географии, человеческих институтов и технических умений и навыков». Во-вторых, глобализация — это явление далеко не новое. «Человечество было глобализованным всегда», — утверждает ученый! Однако характер глобализации менялся от эпохи к эпохе. Всего Сакс выделяет семь таких эпох. Каждая из них приводила к изменениям всемирного масштаба благодаря взаимодействию географии, технологий (производственных систем) и институтов (политики, законов, направляющих культурных идей и практик). Автор ставит в этой связи пять главных вопросов: каковы главные движущие силы изменений? Как взаимодействуют география, технологии и институты? Как изменения проникали из одного региона мира в другой? Как изменения повлияли на глобальную взаимозависимость? Какие уроки можно извлечь из истории глобализации, которые помогли бы нам сегодня?
Все началось около 70 тыс. лет назад — в палеолите. Охотники и собиратели, постоянно передвигаясь в поисках ресурсов для пропитания, вступали в новые для себя регионы. Им приходилось осваивать новые способы поиска, ловли и сбора добычи — и конкурировать с другими гоминидами (наподобие неандертальцев и денисовцев). Соперничество с ними внесло вклад в формирование базовых культурных паттернов, сохранившихся до наших дней. Завершение Ледникового периода обозначило наступление второй, неолитической эпохи глобализации. Был сделан принципиальный прорыв: появилось сельское хозяйство двух видов (земледелие и скотоводство). Кочевники стали оседать на земле. Масштаб сотрудничества между людьми вырос: от клана — к деревне, затем появились политические и торговые отношения между деревнями. Торговля редкими предметами велась на расстояния в сотни километров. «Одомашнивание лошади ознаменовало наступление третьей эпохи глобализации — эпохи всадников» (примерно от 3000-1000 г. н.э.). Благодаря лошади стали возможны быстрая наземная транспортировка и передвижение на дальние расстояния. Одомашнивание лошади стало поистине революционной технологией! В политике лошадь «ускорила появление государства», произошла и революция в военном деле.
Около 1000 г. до н.э. наступила «классическая эпоха» глобализации. Возникли крупные сухопутные империи, конкурировавшие друг с другом и развивавшие территориальную экспансию. «Необычайную роль в восхождении империй играли идеи. Стимулами для крупных империй выступали новые религиозные и философские взгляды». Впервые возникла трансъевразийская торговля — от Рима до Китая. Около 1400 г. н.э. «достижения в океанском мореплавании и военных технологиях способствовали переходу к новой — океанической — эпохе». Впервые империи стали трансокеанскими (по сути — мировыми). За этим последовали подъем мультинациональных корпораций, расширение трансокеанской торговли, массовое перемещение людей через океаны. Политика приобрела глобальный масштаб, начались мировые войны, ведущиеся одновременно на нескольких континентах. Около 1800 г. все снова изменилось: на сцену выступила промышленность, что привело к индустриальной эпохе глобализации. Результат могущественного союза науки и технологий — несколько последовательных волн прогресса. Энергию давало ископаемое топливо: уголь, затем нефть и газ. Быстро росли производство продовольствия и численность мирового населения. Появился первый по-настоящему мировой гегемон — Великобритания (около 1945 г. эта роль перешла к США).
Около 2000 г. Сакс датирует наступление седьмой, современной эпохи глобализации, которую называет цифровой. Ее движущая сила — всеобщая цифровизация. Информационные технологии вторгаются во все сферы жизни людей, глобальная передача данных становится вездесущей. «Повсеместные потоки информации глобализировали экономику и политику более прямым и безотлагательным способом». Появляются возобновляемые источники энергии: солнце, ветер, приливы. В военном деле особую роль начинают играть кибервойны. В геополитике гегемонизм уступает место многополярности. Три важнейших проблемы современной глобализационной эпохи Сакс видит так: сможем ли мы выбрать «путь общего процветания, социальной инклюзивности и устойчивости окружающей среды» (вызов устойчивого развития)? Как должно быть организовано глобальное управление в многополярном мире (вызов многостороннего управления)? Возможен ли мир во всем мире, и если да, то на основе какой модели человеческого взаимопонимания и этики (вызов универсальных ценностей)? Все эти вопросы остаются нерешенными, вокруг них ведется ожесточенная борьба.
Автор предлагает несколько важных выводов из истории глобализации. Во-первых, изменения ускоряются по суперэкспоненте, «их темпы нарастали, а наибольшие перемены произошли в самом недавнем прошлом». В качестве подтверждения приводится динамика мирового населения, уровня урбанизации и объем глобального валового продукта на душу населения. Во-вторых, глобализация провоцирует увеличение масштабов рынка, что, согласно экономической теории, способствует более высоким доходам населения и более быстрому росту. Таким образом, сама по себе глобализация позитивно влияет на мировую экономику и благосостояние людей (хотя возможны и значительные отклонения, во многом обусловленные географией). В-третьих, глобализация ведет к общественному прогрессу, но этот прогресс проблематичен — не только из-за стимулируемого им неравенства, но и из-за нерешенности «проблемы Мальтуса» — рост рождаемости опережает рост наших возможностей поддерживать жизнь продовольствием и другими ресурсами. В-четвертых, следствием глобализации становится не только урбанизация, но и постоянное перемещение рабочей силы из первичного (сельского хозяйства) и вторичного (промышленности) секторов в третичный (рынок услуг), и этот процесс, кажется, неостановим. В-пятых, двигателем глобализации являются не отдельные факторы, даже столь масштабные, как технологии, институты и география, но их интенсивное взаимодействие. Именно благодаря интенсивности такого взаимодействия, полагает Сакс, в свое время произошла Промышленная революция, и оно же двигает мир вперед в современную — цифровую — эпоху глобализации.