VIII Грушинская социологическая конференция

Митап «Развитие региональных исследований в странах СНГ»

Видеозапись
Аудиозапись
Стенограмма

Видеозапись:

 

Стенограмма:

Город: Москва

Дата проведения: 19 апреля 2018 г.

Модератор 1 (ФИО): ­­­­Аносова Анастасия Юрьевна

Модератор 2 (ФИО): Муратова Ирина

Спикер 1: Залесский Петр

Спикер 2: Ракишева Ботагоз

Спикер 3: Гузанов Александр

Спикер 6: Пинчук Игорь Викторович

Спикер 8: Сергей Юрьевич

Аносова Анастасия: Добрый день, меня зовут Аносова Анастасия. Я являюсь председателем ассоциации «Группа 7/89». Немного расскажу о нашей ассоциации. И хотелось бы, чтобы представители других ассоциаций, которые здесь присутствуют, также рассказали о своих ассоциациях. Ассоциация «Группа 7/89» - это интернациональная организация. Она включает в себя около 30 членов-организаций и 2 члена-корреспондента. Преимущественно в нее входят организации из регионов. Ассоциация была образована в 2001 году и на момент основания организации в России было 7 округов и 89 субъектов федерации, поэтому она стала называться 7/89.

Основной целью ассоциации на тот момент было повышение качества социологических исследований в России и создание кросс-региональных исследований. До 2007 года ассоциация была неформальным объединением компаний, а в 2007 году была зарегистрирована в качестве некоммерческой организации. В данный момент цели несколько поменялись. Задачи, которые мы решаем сегодня – это защита интересов участников рынка, создание круга профессионального общения, повышение профессионального уровня людей, которые работают на этом рынке, а также ведение собственных проектов по изучению отрасли. Если более конкретно, то наша ассоциация участвовала в подготовке профстандартов социолога, который ещё пока не приняли; ведется подготовка. Мы проводим регулярные обучающие мастер-классы, вебинары, которые повышают профессиональный уровень участников, в том числе заказчиков исследований. Помимо этого, мы являемся организатором крупнейшего мероприятия – Research Expo. Это единственная в России выставка и крупная конференция. Мы выпускаем собственный Ньюс Леттер – это информационные бюллетени, которые содержат информацию об отрасли, эксклюзивные интервью и так далее. Этот журнал выходит ежемесячно. Также мы активно участвуем в подготовке различных конференций. В частности, на Грушинской конференции у нас сейчас 3 секции. Помимо этого, мы регулярно оцениваем состояние и тенденции рынка исследований в России. В частности, проводим ежегодный проект РИК – делаем рейтинг исследовательских компаний в России.

На этом у меня все. Я хотела бы передать слово Петру Залесскому, который является членом гильдии маркетологов и также представляет компанию GfK

Залесский Петр: Я готов поучаствовать в дискуссии, естественно, буду работать на приём, доведу основной посыл до руководства компании, в меру своей компетентности постараюсь тоже дать освещение каких-то вопросов.

Что касается гильдии маркетологов, то это заметное в области маркетинговых исследований ассоциация, которая объединяет большое количество специалистов из разных компаний, из разных отраслей, возглавляет её Игорь Станиславович Березин, так что можно его приглашать тоже на подобные мероприятия. По-моему, он в прошлом году даже и участвовал в одной из сессий, если я не ошибаюсь.

Ежемесячно, обычно в конце месяца в один из понедельников проходят заседания гильдии маркетологов в очень атмосферном московском месте ресторане «Петрович», один из залов нам предоставляют. Мы обсуждаем доклады, которые представляют цеха гильдии маркетологов. Есть исследовательский цех, есть цех IR, несколько различных подразделений, объединяющих специалистов.

Но для поощрения наиболее активных представителей профессии, бренд-менеджеров, маркетологов ежегодно в конце года подводятся итоги, происходит голосование закрытое. Из нескольких кандидатур выбираются кандидаты для награждения знаком Гильдии маркетологов за заслуги в маркетинге. И уже целая плеяда достаточно известных на рынке маркетинговых исследований людей, активных спикеров, публичных людей из разных отраслей были отмечены этим знаком.

Есть дайджесты, есть интересные мероприятия, поддержка различных мероприятий, приглашают интересных спикеров, приезжал и Котлер. Это тоже активная деятельность. Мы же смежники, социологи работают в сфере маркетинговых исследований, маркетологи используют социологические методы, и это сообщающиеся сосуды.

Ну вот, в общем, что я хотел сказать. Мы готовы к сотрудничеству. Я, как представитель компании, которая по разным рейтингам, в том числе и ассоциация 7/89 входит в плеяду заметных компаний на российском рынке. Мы открыты к сотрудничеству, мы всегда участвуем, поддерживаем мероприятия.

Я выступал вчера на одной из секций по поводу комбинирования различных методов исследований, в следующий вторник я буду выступать на левадовской конференции, то есть мы всегда стараемся быть вместе с вами.

Я читал анализ рынка, сделанный ассоциацией, и конечно же по тем параметрам, которые оценивает правительство, исследовательский рынок – это микрорынок в большинстве своём. Профиль компании, которая занимается социологическими маркетинговыми исследованиями в регионах – это 10-12 человек, это оборот не очень большой, это относится к микрорынку.

Есть конечно определённые, скажем, разные оценки представителей крупных компаний, и это противоречие нужно решать, обсуждать совместно. Спасибо.

Реплика из зала: Можно я скажу? Если я правильно помню, то всё-таки речь шла о международном сотрудничестве?

Муратова Ирина: Да.

Реплика из зала: Потому что здесь всё-таки находятся и наши коллеги из Казахстана, Белоруссии, Молдовы, Украина туда куда-то ушла, но она вообще ушла (общий смех). Надо ловить момент, всё-таки поговорить…

Муратова Ирина: Вот, я хотела сказать, вот эта идея встречи именно с международными коллегами, она родилась у нас… Вообще на эту тему о том, что хватить вариться только в собственном соку, и знать только российские новости, и российские тенденции, и хочется познакомиться с коллегами из других стран, из других ассоциаций.

Вот в Грузию, когда поехали, специально пошли к коллегам знакомиться. И решили эту тему продолжить. И вообще наше структурное мероприятие, это Экспо, на которое я, если честно, приглашала всех, но на Экспо, получается, что встретиться было технически нельзя, там многие уезжали вечером и так далее.

Но организаторы Грушинской конференции любезно предоставили нам время и место. И у нас сейчас формат такой: познакомиться, поговорить, обсудить, что у нас есть общего, что у нас наоборот различного, познакомиться поближе, рассказать у кого какие есть возможности или проблемы.

Вот у нас, например, Ньюс лейтер, новости, на которые можно бесплатно абсолютно подписаться, есть вебинары, какие-то платные, какие-то бесплатные, даже, если платные, там какие-то условные деньги, недорогие совершенно.

Наши возможности Настя примерно рассказала, и Рома сейчас рассказал про… И хотим, чтобы вы рассказали про свои страны, свои ассоциации.

Ракишева Ботагоз: Добрый день, меня зовут Ботагоз Ракишева, я кандидат социологических наук, город Астана, Казахстан. Я являюсь основателем института Общественное мнение, 5 лет работает институт в Казахстане. До этого я работала 15 лет в институте Сравнительных социальных исследований цессий, то есть в казахстанском офисе Института сравнительных исследований цессий. И последние 5 лет в рамках института Общественное мнение мы проводим достаточно много социологических исследований.

Я бы хотела поделиться о тех исследованиях межстрановых, которые имею такой сравнительный аспект. Это в первую очередь сегодня рассказывала о проекте молодёжи «Центральная Азия», первая волна прошла в 2014-2016 годах. Мы активно, регулярно работаем с большинством социологических компаний СНГ, рядом стран мира. И в данном проекте участвовали наши региональные партнёры из Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана, мы совместно провели тренинги и брифинги по тематике исследования совместно с нашими консультантами из Германии, которые являются основным исследователем проекта о молодёжи.

И сегодня компания «Шелл» спонсирует этот проект уже много лет с 53-го года, и вот Центральная Азия стала первой страной, первой группой стран, которая провела на своей территории это исследование. После нашего исследования через некоторое время по той же методике, тем же спонсором фонда имени Фридриха Эберта проведено исследование в Грузии, в Армении.

И последнее третье такое исследование было проведено в Украине. Результаты на сайте нашего института есть, и результаты висят на сайте фонда Эберта. Причём, 4 книги были выпущены, которые написаны по результатам исследования национальными экспертами, то есть наши национальные эксперты сами писали свои книги, и это очень интересно, потому что специфика своих стран она своеобразна, и только может понять национальный эксперт.

Поэтому большие книги висят на сайте, институт и фонд Фридриха Эберта – это небольшой обзор молодёжи Центральной Азии. Очень краткие результат, которые показывают картинку общую этого исследования, и мы надеемся, что в следующем гожу наш партнёр начнёт подготовку проведения следующей волны. И в целом мы хотим, чтобы это исследование было регулярным, чтобы это было по единой методике, мне кажется, это закладывается такой большой проект как барометр, который будет изучать именно молодёжь северной Евразии, скажем так, и вот первая волна прошла в 2014-2016 годах, и мы надеемся на продолжение.

Я сама изучаю казахскую диаспору уже 15 лет в разных странах мира, и конечно же в каждой стране я опираюсь на исследования, которые были уже проведены, и на социологов, которые уже работают там. И, находясь сегодня в Москве, я тоже предлагаю сотрудничество, мы изучаем казахскую диаспору приграничной зоны Казахстана и России в ряде регионов Астраханской области, Омской, Новосибирской.

Это достаточно интересные такие социологические экспедиции, с сегодняшнего дня я буду называть их социологией странствий (смеётся). И это исследования, которые подразумевают наблюдения, опросы, глубинные интервью, встречи с экспертами, встречи с руководством тех или иных населённых пунктов, в которых мы проводим исследования, и вот я предлагаю сотрудничество.

Мы и сотрудничаем с российскими коллегами, здесь сидит Айгуль Садвокасова, она руководитель проекта, она руководитель проекта «Учебная миграция». Сейчас проводятся полевые исследования, при этом, нам помогают российские социологи, на все приграничья мы опрашиваем наших студентов, которые учатся в российских ВУЗах в приграничной зоне.

Первый такой проект мы провели в Москве, проводили опросы и в Санкт-Петербурге, несколько лет назад это было, такое гротескное исследование, и мы решили провести, вот Айгуль Садвокасова заканчивает свою книгу по учебной миграции, где она активно сотрудничает с нашими российскими исследователями, нашими российскими партнёрами.

Ещё один такой амбициозный проект, который мы ведём, это «Тюрк барометр» – это тоже регулярное исследование, мы хотим его довести до уровня всех барометров, которое существуют. Это исследование посвящено гуманитарному сотрудничеству стран тюркоязычного мира: Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан, Азербайджан, Турция, Узбекистан. Части странах мира мы провели исследования, сейчас завершается этап подготовки отчётов, докладов, книг.

Это исследование было проведено только в столицах наших стран изучаемых, в этом году, надеемся, будет продолжение исследования уже более широкое, репрезентативное, которое будет представлять уже республиканские выборки.

И тут конечно же мы очень большую роль мы определяем нашим партнёрам, в регионах, которые представляют свои региональные партнёрские организации, в основном это социологи, с которыми мы дружим, общаемся, выезжаем на конференции, на таких же площадках мы встречаемся.

И я представляю сегодня казахстанскую социологическую структуру, но мы работаем очень широко с разными социологами, исследователями из разных стран, в первую очередь конечно ближайшего пространства, ну и в странах таких, как Китай проводили исследования по той же учебной миграции от наших студентов, которые учатся в этих странах. В целом этот проект очень интересный, мы его продолжаем каждый год, это наш инициативный проект, в разных странах мы проводим эти исследования.

И конечно же казахская диаспора, в которую я выезжает в Китай, в Турцию, в страны западной Европы, ряд других стран, в которых мы проводим исследования, конечно же региональные наши партнёры, друзья, которые в первую очередь помогают в проведении и количественных, и качественных исследований.

Поэтому добро пожаловать Пинионс.кз наш сайт, и можно ознакомиться с результатами наших исследований, и добро пожаловать на проведение совместных социологических исследований. Надеюсь мы пригласим тоже на конференцию организацию 7/89 к нам в Казахстан, чтобы можно было уже продолжить наше сотрудничество. Спасибо (аплодисменты).

Муратова Ирина: У нас есть ещё один представитель Казахстана, даже ассоциации казахстанской.

Гузанов Александр: Спасибо большое, добрый вечер. Хотел бы рассказать про нашу ассоциацию немножко про казахстанскую, она называется «КАПИОР». Как это расшифровывается: Казахстанская Ассоциация Профессиональных Исследователей Общественного Мнения. Создана она в 2002-м году, у нас входит сейчас 9 компаний. Я считаю, что за последних 2 года она сильно прогрессировала за счёт того, что к нам присоединились международные компании: «ГФК», «КАПИОР», «Нельсон».

И для казахстанского рынка 9 компаний, это на самом деле очень много, потому что всего у нас где-то по нашим оценкам компаний 15-20, которые работают на рынке. Рынок небольшой, у нас порядка 20 миллионов долларов оборот, и поэтому, как бы…

Реплика из зала: Это без социальных?

Гузанов Александр: Это всё вместе, наверно, примерно. Может быть там иногда не варьируют, когда девальвация произошла там сильная, то в долларах мы сильно упали, и сейчас где-то болтается примерно в районе 20 миллионов.

Что ещё сказать? Проблемы у нас очень похожие с российским рынком, мы часто общаемся, у нас там поля, планшеты, респонденты, супервайзеры, у нас структура немножко другая, просто в России в каждом регионе есть компании, которые берут на себя поля, у нас в регионах нет компаний, работают бригады под руководством супервайзера. И там сейчас всё очень непросто с этим делом, поэтому, когда у нас кто-то говорит, что у нас поле прошло идеально, никому не верю, на самом деле так не бывает.

Ну и вот мы готовы поделиться своими какими-то мнениями. Что есть такого интересного, что мы сделали в последнее время, это конкурс для студентов мы провели. Суть конкурса в том, что мы приглашаем студентов, которые делают свои исследования, на основе этого пишут работы какие-то.

И мы сильно шагнули вперёд, потому что в этом году у нас получился международный конкурс, у нас приехали много студентов из России, кстати, из университетов приехали, из екатеринбургского университета, очень сильные работы были, конкурс классный получился такой. Там и наши выиграли, и российские. Были работы ещё из Украины, из Китая, из Малайзии даже прислали, но они не приехали, просто приехали россияне.

Но мы делаем, стараемся решать какие-то задачи, связанные с общими проблемами такими индустриальными: чёрные списки интервьюеров, какие-то общие этические мы вырабатываем кодексы. Есть свой у нас такой кодекс, адаптированной, мы его к казахстанским условиям подпилили, чтобы он работал.

Решаем какие-то спорные вопросы, которые возникают, и когда к нам клиенты обращаются, как в арбитраж, чтобы мы рассудили, что было нарушение, не было нарушений. Я как бы не готов системно рассказывать, но, если будут вопросы, готов ответить. Спасибо (аплодисменты).

Залесский Петр: Небольшое добавление. Посмотрел ближайший план гильдии маркетологов, это интересно, потому что это открытые мероприятия. 28 мая дискуссионный клуб «Маркетинг и брэндинг территорий». 25 июня интерне маркетинг вопросы образования. Также можно поучаствовать в голосовании за лучшую книгу по маркетингу, каждый год проходит. Так что можете общаться, подавать заявку, и участвовать в той деятельности.

Спикер 4: Здравствуйте, я представляю Россию, наша последняя книга она не в России, она в Белоруссии «Понять Беларусь. Записки странствующих социологов». В принципе, мы уже проводим в 23 регионах России, работали на Украине, в Крыму полгода, в Приднестровье, в Молдове, в Киргизии. В Приднестровье к нам прислушались, там всё хорошо, в Крыму к нам не прислушались, там всё не очень хорошо.

Мы внедряемся глубоко в ткань, мы долго живём там. Когда мы туда приезжаем, мы говорим, что мы сюда к Вам жить приехали, мы будем жить вместе с Вами, будем есть Вашу еду, будем одевать ту же одежду. Причём, это очень важно, я так понимаю.

В Крыму, один раз вышла них на балконах бельё висит. Это что за безобразие, какие-то простыни полощутся. По моему менталитету, это неверно, бельё должно где-то там сушиться, повесь её где-то там. Не сохнет – ничего, поэтому пришлось вывесить бельё наружу, чтобы оно так вот полоскалось над головами прохожих.

Когда ты так вживаешься: едой, бельём, одеждой, ещё чем-то, рынком, какими-то знакомыми, то получается, что ты очень хорошо воспринимаешь страну. И тогда ты несёшь это знание, и тогда ты странник. Что такое странник – это люди, которые что-то узнали, потом куда-то пришли, что-то кому-то рассказали, и такая ходячая газета, такой ходячий интернет, такая ходячая Википедия.

Вот мы занимаемся примерно тем же. Совершенно безумно интересно, так что экспертный центр «Вера», Нижний Новгород, есть сайт. Сайт, правда отвратительный, некогда им заниматься.

Если вы зададите мне вопросы, и зададите мне хорошие вопросы, я даже вам подарю вот эту книгу. Она имеет удивительный совершенно успех, она только что вышла, её отпечатали, белорусы нам сказали, что эту книгу они готовы положить на каждый стол каждого посольства, и вообще распространить её по всей своей книжной сети.

Мы очень безумно этим гордимся, потому что мы хотели бы тоже самое сделать, в принципе, по всей стране, где ещё понимают русский язык, хотя бы. То есть мы хотели бы понять Молдову, чтобы это было понять Узбекистан, и понять Казахстан, Киргизию, и может быть даже когда-то это будет возможно, поехать в Украину и написать: «Понять Украину».

Реплика из зала: А Россию не пробовали? (общий смех).

Спикер 4: Нет, Вы знаете, мысли есть, даже начинаю делать какие-то записки, но, когда я представлю, что это то, что я напишу, ну разорвут же, ну ужас же, что будет.

Спикер 5: Что Вам сказать, понять Молдову довольно трудно. Сергей Викторович Борисов, который здесь находится, пострадал из-за Молдовы, он у нас нежелательный элемент до 19-го года. Но я напомню, Сергей Викторович один такой случай в нашей практики. Сергей Викторович работал в 11-м году на выборах мэра Кишинёва, провёл он несколько фокус-групп, и приходит ко мне и спрашивает: «Как понять такую вещь: в России все выходцы из деревень, когда в города переселяются, скрывают, что они из деревень, а вот молдаване всегда говорят, что они из деревни».

Мы с ним пропустили не один стаканчик каберне, прежде, чем он понял в чём разница (общий смех). Это, вообще говоря, философский вопрос, есть такой румынский философ Лучиан Блага, поэт, и у него есть такое высказывание, что вечность родилась в селе.

Правда, наши сёла уже не те, которые были когда-то, моё родное село, в котором я уже 58 лет не нахожусь, было где-то 6 с половиной тысяч населения, сейчас осталось 4 тысячи. Но есть селя, которые имели по 9, и тоже по 4 тысячи сейчас, народ выехал.

Тесть моего сына проживает в одном селе, когда-то это село давало 400 всадников нашему князю, я не знаю, найдется ли там сейчас 400 мужчин. Понимаете, выезд наших людей произошёл очень-очень… И даже есть ассоциация мужчин жёны которых работают в Италии. То есть они, бедные, остались дома, и создали ассоциацию мужчин, жёны которых работают в Италии.

Так что вы поняли, насколько трудно иногда понять Молдову. Но мы Игорем Вениаминовичем сотрудничаем, мы где-то с 2007-го года мы проводим… правда, в этом году мы не смогли провести волну евразийского монитора просто потому, что мы очень загружены. Но будем стараться следующую волну делать.

Что касается исследований, конечно мы маленькая страна, и рынок исследований очень малый, в основном наши заказчики – это мировой банк, Европейский банк реконструкции и развития и прочее… там социологи из Европы и не только из Европы. Но понять Молдову, я сказал, только через несколько стаканов хорошего вина (общий смех), которое, правда, в Россию не пускают. (общий смех).

Пинчук Игорь: Добрый вечер, друзья, зовут меня Пинчук Илья Викторович, я начальник Управления социологических исследований информационно-аналитического центра при администрации Президента Республики Беларусь. Мы ежегодно посещаем данную конференцию, поскольку много здесь полезного можем для себя почерпнуть. Конечно не совсем я здесь могу рассказать по тематике, поскольку у нас рынок тоже достаточно маленький исследовательский, есть ключевые структуры государственные, институт социологии, Центр социальных политических исследований, который часто участвует в каких-то международных проектах. Но стоят они в каких-то ассоциациях, я здесь сказать вам не могу. А внутренней какой-то ассоциации в Белоруссии, в принципе, нет за счёт того, что рынок достаточно узкий.

Соответственно, вторая часть данного рынка – это коммерческие структуры, которые занимаются маркетинговыми исследованиями, у нас также присутствуют «Масми», «Нильсон» из таких крупных, ну и местные игроки. Поэтому именно по ассоциациям я здесь Вам ничего не скажу.

Интересно, поскольку такой необходимости всё-таки нет в каком-то объединении. Какие-то внутренние проблемы, если возникают между структурами, то по крайней мере я не могу сказать, что они носят какой-то яркий характер. Если заказчик доволен результатом исследования, просто переходим к другому игроку, и просим сделать подобный проект.

В частности, даже к нам приходят иногда коммерческие структуры, например, с заказами провести установочные исследования. Поскольку у нас достаточно хорошая сеть республиканская хорошая, мы можем проводить республиканские исследования. Поэтому именно сами, наверно, игроки они выбирают, с кем им сотрудничать.

Что ещё могу вам рассказать. Для того, чтобы опять Беларусь, можно, наверно, ознакомиться с представленной сегодня книгой, мы в свою очередь выпускаем такие сборники ежегодные по результатам наших исследований, они есть на сайте информационно-аналитического центра, если есть желание, можно с этими материалами ознакомиться.

Не знаю, чем ещё вам могу помочь, что рассказать если какие-то есть вопросы?

Реплика из зала: У меня есть. Во-первых, скажите, пожалуйста, сколько у Вас в республике независимых социологических центров, я знаю, что они есть, и насколько они свободные по проведению инициативных исследований, могут ли они просто так без заказа администрации Президента узнать рейтинг Вашего Президента, и опубликовать его какой бы он не был?

Пинчук Игорь: Общественно-политическая тематика в плане социологических исследований она регулируется у нас законодательством, есть комиссия при академии наук Институт социологии академии наук, и, если организация хочет проводить исследование социально-политической тематики, она должна получить аккредитацию данной комиссии. В принципе, всё. Все, кто проводят исследования, они получают эту аккредитацию, соответственно, работаю.

Реплика из зала: А для чего Вам нужна эта аккредитация?

Пинчук Игорь: Это уже вопрос законодательный.

Реплика из зала: Отказы бывают? Я пришёл, хочу провести исследование.

Пинчук Игорь: Надо к ним обратиться, я, честно говоря, не слышал такое, чтобы обращались и отказывали, но я могу ошибаться, не хочу просто здесь Вас ввести в заблуждение.

Реплика из зала: А сколько компаний у Вас, если интересно, не маркетинговых, социологических?

Пинчук Игорь: Ведущая, как я уже говорил – это Институт социологии при академии наук ЦСПИ.

Реплика из зала: Это государственный?

Пинчук Игорь: Ну, скажем так… можно так сказать, но тот же ЦСПИ – это при ВУЗе создана структура.

Реплика из зала: Государственный.

Пинчук Игорь: Да, условно, можно сказать, что государственная. Есть региональные при ВУЗах определённые структуры, они тоже могут проводить такие крупные республиканские проекты. Ну вот, наверно, такие основные игроки. Но у нас основная задача – это информационное обеспечение администрации Президента, поэтому назвать нас какими-то ньюсмейкерами, что мы публикуем регулярно какой-то пресс-релиз, нельзя, у нас немножко другие задачи, и вот то что в наших силах, по итогам года ещё можем публиковать и выкладывать в доступ.

Реплика из зала: А если говорить всё-таки про аккредитацию, если я правильно понимаю, там только 3 института аккредитованные для проведения электоральных опросов.

Пинчук Игорь: Там 3-4 колеблется, в зависимости от того, какая там компания была.

Реплика из зала: Там нет частных структур, если я правильно понимаю, среди этих аккредитованных?

Пинчук Игорь: Если не ошибаюсь, в предыдущем электоральном цикле был Евразийский… название, честно говоря, не вспомню.

Реплика из зала: Был «Евразийский барометр» – это австрийский консорциум.

Пинчук Игорь: Да, да, да.

Реплика из зала: Но это другое. Понятно. Спасибо.

Пинчук Игорь: Понимаете, просто, чтобы проводить крупные республиканские исследования, нужны ресурсы приличные, по сути, опять же мы упираемся в те же структуры, которые я называл. При аккредитации упор делается не то, что есть сеть, есть специалисты с соответствующим уровнем образования. (аплодисменты).

Реплика из зала: А можно я два слова в тему добавлю? Мы из Минска приехали позже, чем Игорь  Викторович, просто мы только что делали исследование. Понимаете, наши коллеги по цеху делали круглые глаза и говорили: «Куда едете, Вас там арестуют, уволокут в застенок и так далее». Я могу отвечать за то, что сделали мы. Нам никто не мешал. Да, мы предприняли некоторые превентивные меры, мы действительно списались с руководителем этой комиссии, объяснили в чём суть исследования, он сказал, не касаемся ли мы политики, мы сказали, что исследуем культуру и ментальность. Он говорит, что тогда делайте. А мы говорим: «А Вы письмо нам напишите, что можно», он написал. Мы ходили, если надо было, мы показывали.

Понимаете, я хочу сказать, что можно иметь разные мнения относительно каких-то порядков, но страна – есть страна, хочешь работать в стране, изволь соблюдать те правила. Они могут тебе не нравиться, они могу казаться какими-то неправильными, ну тогда не ходи.

Мы вот входим в чужой дом, вот год, который мы работали в Белоруссии, нам никто ни разу не помешал, а все, кто мог нам помочь, они все нам помогали, спасибо им за это (аплодисменты).

Муратова Ирина: Одна из тем, которые хотели бы поднять: взаимоотношения между исследовательскими компаниями и государством, есть ли какие-то проблемы, если они есть, решает ли, помогает ли ассоциация в этом? Так как мы всё-таки ассоциация, мы хотели бы понять роль ассоциации в жизни других стран. Помогают ли ассоциации в этом, либо не помогают, это невозможно, например. Есть какие-то интересные случаи?

Реплика из зала: У меня вопрос. Мы уже много лет проводим инициативные опросы на любые темы, в том числе и политические, с удовольствием публикуем в местных СМИ. И мы настолько к тому привыкли, и привыкли в общем-то власти Воронежа. Я помню, даже губернатор бывший интервью даёт по телевидению региональному, его спрашивают, кого бы он хотел видеть мэром Воронежа, на что он говорит: «Вы знаете, по данным Института общественного мнения у меня такой низкий рейтинг, что, если я сейчас назову Вам фамилию кого бы я хотел видеть, это только сыграет против него. Поэтому я промолчу».

Это был генерал губернатор или бывший генерал ФСБ. То есть мы к такой вольнице привыкли, и вот недавно мне говорят, приезжает представитель соседней администрации, и спросил: «У Вас что, такое возможно?» В Белгородской области, чтобы не только кто-нибудь задал вопрос, даже самый комплементарный про Савченко, а вообще просто ни с того, ни с сего стал опрашивать сам жителе Белгородской облазит, по любой теме публиковать, у нас это невозможно категорически.

Я не мог себе представить, что такое может быть в России. Поэтому мне интересно у присутствующих из других регионов, у вас как, у вас действительно, как в Воронеже, или как в Белгороде?

Муратова Ирина: Просим Вас сказать. У Вас на Украине есть ассоциация я знаю, Вы в неё входите? Если входите, то про ассоциацию, если не входите, то почему? И тогда вообще про Украину, про исследования на Украине расскажите.

Задорин Игорь: Речь идёт, как устроено профессиональное сообщество на Украине.

Спикер 7: На самом деле, также, как и везде, то есть каких-то особенностей нет. У нас действительно существует социологическая ассоциация Украины САУ. Существует она, насколько я помню, с 98-го года, в 89-м году мы отделились, тогда были преобразования, несколько раз менялся председатель, сейчас президент САУ у нас Бакиров, ректор Харьковского университета, он же на третий срок переизбран.

Что сказать, туда входят региональные отделения САУ, честно говоря, я их не считала, не знаю, сколько там, есть тоже аккредитация, это известные социологические центры в Украине, но известны в том смысле, что в основном они расположены в Киеве, они известны не только в Украине, но и, собственно, за пределами: Это КМИС, политические инициативы, рейтинг и так далее.

То есть это организации, центры которых подавали заявку, соответственно, они получили аккредитацию, они являются коллективными членами социологической ассоциации.

В прошлом году состоялся 7-й конгресс САУ. Может быть просто какие-то вопросы?

Задорин Игорь: Можно просто не вопрос, а вот очень важно, что Елена Владимировна говорит, как раз по аналогии того, что говорит коллега из Белоруссии. Аккредитация компаний с точки зрения присвоения ей некоторого статуса качественной исследовательской организации в Белоруссии происходит государственным институтом, а в Украине производится общественным институтом, то есть аккредитацию производит социологическая ассоциация Украины. Это очень важно.

Спикер 7: И вот, наверно, в связи с этим интересный кейс такой. Недавно появилась публикация «Фейковая социология», и в этой публикации авторы поставили под сомнения вообще все рейтинговые исследования, а так как у нас сейчас начинается предвыборный период, то их очень много, и за счёт того, что много институтов, то есть партий в этом участвуют, список достаточно большой, естественно, мы, как социологи знаем, что результаты будут различаться в зависимости от того, кого включили, какой вопрос задали, когда проводили.

Но журналисты не понимают, они проводят расследования, и они говорят, что эта вся разница она связана с тем, что на коленках рисуют, ещё какие-то свои способы фальсификации.

Но впервые под сомнение была поставлена сама организация САУ, потому что как раз претензии, они открыто не называли, но естественно было понятно, что претензии как раз к ведущим, вот к этим аккредитованным организациям, поскольку там был такой посыл, что все они аккредитованы САУ, но мы же знаем, что на самом деле никто проверкой и качеством результатов заниматься не будет.

Вот такая сейчас ситуация скалывается, поскольку действительно какая-то монополия существует, но эта особенность Украины, то есть у нас есть действительно есть региональная социология, и региональные центры, в основном они сосредоточены на исследовании, я спрашивала у коллег, это тоже могут быть и частные компании, и какие-то совместные, но они работают и подрядчиками ведущих компания.

В то же время у них есть свои заказчики, то есть они проводят собственные исследования на таком региональном на местном уровне, представляют свои результаты, публикации у них есть, презентации и так далее. То есть скак-то так развивается и складывается сейчас в Украине.

Муратова Ирина: Есть ещё вопросы? (аплодисменты). Хорошо. У нас ещё такая проблема взаимоотношения компаний и государства, как закон о защите персональных данных. Вот Пётр уже упомянул о том, то для России, по крайней мере, это большая проблема, есть какие-то такие проблемы в других странах, как это всё решается? Потому что мы столкнулись с вызовом.

Аносова Анастасия: Я думаю, коллегам можно как-то более подробно рассказать о том, какая ситуация в России…

Залесский Петр: Навранное, нет смысла пересказывать содержание закона, я просто вкратце расскажу, с чем я буквально столкнулся на вот этой неделе. Мы участвуем в различных конкурсах, это и приглашение принять участие, провести исследования в коммерческих организациях для производителей товаров и услуг, научно-исследовательские центры, и государственные структуры.

И вот общая тенденция она такая, что даже коммерческие большие компании организуют закупочные комиссии, которые копируют те требования, которые предъявляются гостендером. И по этим гостендерам надо такую стопку документов подготовить, подтвердить свою квалификацию, например, копиями договоров и актами, закрывающими эти проекты.

И вот здесь мы сталкиваемся, да, какие документы имеются, но мы сталкиваемся с такими банальными вещами. У нас в регионах много подрядчиков индивидуальных предпринимателей, как у всех: адрес, фамилия – это персональные информации. Мы обязаны это всё вымарывать, закрывать, и теряется смысл, то есть там написано, что кто-то, где-то, для кого-то провёл.

В контрактах указываются, это не персональные данные, но есть условия конфиденциальности, суммы, условия, особые какие-то вещи, мы тоже вынуждены эти вещи закрывать. Это те правила, в рамках которых мы работаем, мы тратим на это массу времени, у нас есть люди, которые детально изучают все эти положения, мы проверяем, копируем эти документы с неизвестным результатом, потому что это открытый конкурс, и как всегда выигрывает тот очень часто, кто предложит меньшую стоимость.

Недавно буквально в «Ведомостях» я прочитал информацию, что в Москве, Московской области 120 миллионов рублей на изучение общественного мнения. Кто эти люди, которые выиграли конкурс? Мы даже и не слышали об этом конкурсе. Такие вещи случаются.

Работа с респондентами, значит, мы перешли на планшетные технологии, масса там методических вопросов, у нас идут трекинги много лет, и мы в первую волну перехода с бумаги на планшеты увидели, как скакнули данные. Они изменились, системно изменились, мы начали разбираться, почему, и обнаружили такие вещи: 20% интервьюеров в регионах поменялись.

Те добрые, милые тётушки, которым низкий поклон, они ходили с бумажными анкетами, и выполняли эту работу, с планшетами не справились. В регионах начали подбирать людей, которые более продвинуты в технологиях. Ну чего греха таить, поменялись маршруты, поменялась социальная среда.

Поменялись результаты. На наш взгляд, по нашему убеждению, они стали лучше, потому что то, что мы видели по жизни, это значительная дифференциация доходов, мы её увидели на данных. Если раньше всё как-то было сглажено, средненько, то сейчас мы увидели ярко выраженную группу высокодоходников, мы увидели людей с низкими доходами, и это благо.

Так вот, сбор информации, проведение интервью на планшетах, он требует серьёзного программирования, разделения персональных данных и массива. Это записывается по разным каналам, это хранится отдельно. У нас ежемесячно аудит, и проверяют систему менеджмента по ИСО. В соответствии с законом о защите персональных данных, который на самом деле списан с европейского, просто скопирован, там ничего необычного нет.

В регионах, насколько я знаю, эти вещи ещё не всегда дошли. Не знаю, может быть коллеги меня поправят, но, наверно, как-то не очень внимательно надзирающие органы, и вот это око государево на эти вещи обращает внимание, но процессы идут. И к нам наши региональные партнёры очень часто обращаются за советом, что нужно сделать для того, чтобы получить сертификацию по ИСО, система именно менеджмента по управлению проектами, как сделать так, чтобы не попасть под штрафные санкции по нарушению. И мы делимся этой информацией.

С другой стороны, респонденты тоже смотрят телевизор, читают сообщения в интернете, и такое повышенное внимание к персональной частной жизни, защите частной жизни, оно проявляется и в повседневной работе, когда идут звонки телефонный опрос, и начинаются какие-то вопросы. В ответ мы очень часто слышим вопросы о том: насколько корректны такие вопросы задавать, куда эта информация пойдёт, как вы обеспечите анонимность, а действительно это анонимность?

Мы проводим онлайн анкетирование, и эти же самые, у нас каждая анкета начинается с того, что мы обеспечиваем гарантированную конфиденциальность ваших ответов, но не на всех это действует. И многие анкеты у нас заканчиваются: «Ваши впечатления, были ли трудности какие-то?» И вот обратная связь показывает, что есть респонденты, которые обеспокоены вот этими вещами.

Хотя я уже в своём выступлении вчера говорил о том, что анкеты, которые мы собираем через интернет, и в личных интервью они отличаются. В интернете более критично настроены к институтам, скажем так. Это разные люди, и мы работаем, мы анализируем. И сейчас ситуация такая, что не только важно там грамотно собрать информацию, её ещё надо проинтерпретировать, понять.

Россия уникальная страна тем что это не только там много часовых поясов, и разные климатические зоны, и разные социально-экономическая ситуация, у нас действительно многонациональная страна с разными традициями. И я вспоминаю замечательную фразу польского писателя Станислава Ежи Леца, который написал, что всегда найдутся эскимосы, которые для жителей Конго разработают инструкцию, как вести себя во время жары.

И вот иногда, мы международная компания, может быть мне не совсем ловко об этом говорить (смеётся), некоторые рекомендации наших западноевропейских и американских коллег они выглядят, в обще не вполне адекватными, как и некоторые анкеты, которые к нам приходят.

Я достаточно долго работаю в индустрии маркетинговых исследований, я помню британские анкеты, которые приходили с вопросами о том, сколько человек моется после вас в ванной. Это, в общем, не характерно для нашей культуры.

То есть наша задача, как профессионалов, как социологов, адаптировать, как коллега из Казахстана говорит, подтесать, продрихтовать какие-то вещи. Это всегда поиск каких-то компромиссов и серьёзная работа, которую мы стараемся делать. Вот, пожалуй, всё. Спасибо. (аплодисменты).

Задорин Игорь: Я не по этому, я просто смотрю, время подходит к концу, надо отстреляться. Поэтому я бы хотел сказать всё-таки про Евразийский монитор тоже как про объединение как раз международное. Это некоммерческое партнёрство, которое образовано было в 2004-м году, и оно тоже было образовано с вполне конкретной целью, именно межстрановые исследования, проведение сравнительных социальных исследований на постсоветском пространстве, или, как мы с прошлого года называем – «Северная Евразия».

И вот опыт этот, который уже почти 15-летний у нас присутствует, он позволяет мне сделать несколько выводов, или так скажем, рекомендации для развития международного сотрудничества. Потому что здесь действительно очень многие тонкие моменты.

Момент первый, это конечно понимание специфики места и позиционирования каждой конкретной компании внутри той страны, которая находится. Потому что конечно, когда мы встречаем, значит, некоторого партнёра, который приходит из какой-то страны Х, и мы, соответственно, можем проводить там исследования. Ну и хорошо.

Но выясняется очень много разных обстоятельств. Во-первых, эта компания либо не очень хорошо характеризуется, либо у неё есть некоторые конфликты, либо, например, такие вещи у нас сейчас встречаются, это действительно трудности есть. Она зафиксирована внутри страны, как некоторая оппозиционная или не очень желательная, сточки зрения государственных структур.

Это конечно нас не очень сильно останавливает, главное – качество, главное – профессионализм. Но не учитывать это никак нельзя. Если, например, «Левада-центр» России объявлен иностранным агентом, то, соответственно, это накладывает некоторые, к сожалению, вынужденные ограничения и на сотрудничество с «Левада-центром» и других организаций.

Если, прошу прощения, у коллеги из Белоруссии, если рассматривается там, как некая такая не очень государственная, частная компания, то естественно мы тоже вынуждены это учитывать, хотя нам этого совсем не хотелось учитывать.

Вот это место каждой компании внутри страны, и её собственное отношение внутри коллег, внутри профессионального сообщества, её репутация местная – это важный аспект, который безусловно надо учитывать для реализации партнёрства.

Второе, вообще говоря, есть международные сети, и есть международные некоторые признания в рамках совсем глобальных ассоциаций, и там это всё присутствует, и, мне кажется, что это тоже надо учитывать. И при организации нашего такого собственного партнёрства, мы, например, в рамках Евразийского монитора, старались найти свою собственную нишу для того, чтобы отстроиться от известных проектов, которые, дай Бог им здоровья, пусть они живут там.

Мы искали некоторые тематические ниши, которые всё-таки у нас каким-то образом выделяют, и делают наше партнёрство в известной степени уникальным. Это второй такой важный момент, который…

Третье, это, если уж мы действительно начинаем проводить какие-то совместные исследования, то вот тут, честно сказать, в отдельных случаях приходится ощущать себя таким некоторым Киссинджером от социологии, потому что согласование инструментария по такой сенситивной теме, это вот высшая дипломатия.

Когда мы согласовывали анкету по восприятию общей истории 20-го века, это надо было понять, что даже понятие Великая Отечественная война, на самом деле её нельзя уже употреблять, как универсальное понятие, одинаково воспринимаемое во всех странах. В Узбекистане говорили тогда ещё в 2009-м году: «Какая Великая Отечественна война, нет такой, есть Вторая мировая», что для нас было довольно удивительным образом. И вот эти специфические вещи, конечно их надо понимать, и очень аккуратно и осторожно выстраивать.

Что было бы здорово, на мой взгляд, для маркетинговых, для социальных, это уже давно понятно, а маркетинговых не так много таких сравнительных проектов, и если, например, вы предполагаете сделать с коллегами… Кажется, что любые сравнительные исследования, как правило, действительно так, они очень ресурсоёмкие, и они действительно такие большие, дорогостоящие, высокоёмкие, никуда от этого не деться.

Но, в принципе, есть уже, и наш опыт показывает, что есть опыт условно экономичных решений. А это решение связано с тем, что очень многие некоторые параметры по социальному или потребительскому рынку всё равно измеряются во всех странах. Просто очень часто они измеряются очень специфически, так скажем, уникально для данной страны. И вот такой вопрос, как просто согласование некоторых технических параметров, даже, прошу прощения, согласование паспортички с некоторым партнёрами даст просто совершенно уникальную информацию, возможность её сопоставления по доходам, ещё по каким-то вещам.

И это не потребует никаких дополнительных затрат, только на кооперацию, на это согласование этих инструментов, но зато даст дополнительный профит всем участникам вот такого сетевого взаимодействия.

И ещё один маленький только аспект, конечно сейчас, слава Богу, есть онлайн инструменты, которые позволяют организовывать такую коллаборацию уже на высоком технологическом уровне в рамках соответствующей платформы.

Я бы сильно рекомендовал, есть такая инициатива, вот попытаться какое-то сообщество создать на какой-то платформе, и попытаться их привлечь сначала не в виде какой-то организации с соответствующим брендом и так далее, а просто в рамках такого клубного режима. Как, собственно говоря, и 7/89, а потом уже, как организация, 7/89 точно также.

И последний самый аспект, который, как мне кажется, не сильно использован, то здесь как раз ассоциация 7/89 может хорошо проявить себя. Очень многие международные проекты, они, так скажем, идут сразу, условно говоря, через центр, то есть, если какая-то организация предлагает связаться с другой страной, выходит на какие-то ассоциации, на ведущие компании и так далее.

Но есть проекты, под которые можно было бы развивать межрегиональные на более низком уровне, особенно вот эта приграничная, о которой как раз Ботагоз говорила. То есть вполне ассоциация 7/89 есть Томск, на знаю, Оренбург нету, ну может быть… И вот такого рода исследования, предметом которых являлось бы как раз приграничное сотрудничество разных стран, у Белоруссии точно есть проекты, которые очень интересные, эффективные, которые делают, например, смоленский университет вместе с могилёвским. Я просто знаю про это, и они делают. Не очень умело, но делают.

И спрос на вот такого рода проекты есть, и вот здесь как раз ассоциация могла бы найти свою собственную нишу, фишку, на которой можно было бы организовать это сотрудничество. Всё, спасибо. (аплодисменты).

Реплика из зала: Я бы хотел добавить на счёт портала, и что-то похожее, что Игорь предложил, тоже такая идея была, потому что сейчас возможностей много, не обязательно чего-то такого сильно организовывать… Тоже на это нужны ресурсы, сделать какой-то интернет ресурс, где будут все компании внесены, как игроки, независимо в какой стране они находятся, с каким-то коротким описанием возможностей компании, чтобы через этот ресурс каждая могла бы обращаться независимо о ассоциации, подчинённости, и решать какие-то свои задачи такие, может быть.

Задорин Игорь: Есть база социологических центров исследовательских в России она есть, если бы была бы, например, такая же по Казахстану, Украине, Белоруссии… Потому что смешно, такое бывает даже на сетевых форумах, когда кто-нибудь выходит из российских и говорит: «А кто-нибудь знает кого-нибудь, кто может провести хорошие фокус-группы в Казахстане?» Понятно, что если бы были каталоги, были бы вот такие справочники, то это было бы гораздо легче.

Ракишева Ботагоз: По поводу каталога, могу добавить, в Казахстане есть Ассоциация РОссисоциологов Казахстана и есть сайт. Ассоциация социологов Казахстана собрала такой каталог, он называется: «Кто есть кто в казахстанской социологии».

Задорин Игорь: Это индивидуально или компании?

Ракишева Ботагоз: Там есть разделы, которые касаются персональных данных, конкретно человек персона, есть руководители исследовательских структур, соответственно, они представлены через своих руководителей своих компаний. И одна из версий, если я не ошибаюсь, есть на сайте ассоциации. Она есть ещё и в печатном виде, потому что у нас проходят ещё и конгрессы ассоциаций, они где-то раз в 2 года, и к этим конгрессам стараются обновлять эти данные.

Можно попасть на конгресс Ассоциации социологов Казахстана, и полю мы ещё являемся членами Ассоциации социологов тюркского мира. К сожалению, там сайта нету, там совсем мало информации, но они проходят в разных странах. К примеру, 2 года назад такой конгресс проходил у нас в Казахстане, и периодически меняются страны проведения этого конгресса.

Да, кстати, Татарстан и Башкортостан социологи тоже входят в эту ассоциацию, и у них тоже есть контакты. Спасибо.

Аносова Анастасия: Хотела бы задать вопрос Клэр Дюранд по поводу того, как… это вопрос осуществляется в той ассоциации, которую она представляет, есть ли какие-то ресурсы для того, чтобы помочь исследователям реализовать в других странах, может быть что-то подобное?

Клэр Дюранд: (Говорит по-английски 1:11:11). (Перевод). Вы, конечно, можете принимать участие в AAPOR, и я хочу сказать, что сраны региона СНГ недопредставлены в AAPOR. Мы будем рады, если вы присоединитесь, всякий раз, когда я еду в какую-либо страну, и на конференцию, например, AAPOR Американская ассоциация исследователей общественного мнения, я всегда стараюсь собрать как можно больше контактов представителей разных стран, пригласить их в нашу ассоциацию, потому что это всемирная ассоциация исследователей общественного мнения. И я стремлюсь делать так, чтобы все страны, как можно шире из всего мира были представлены.

Поэтому, если вы присоединитесь к этой сети в интернет, это будет замечательно, и всякий раз, в общем-то, когда мои коллеги сталкиваются с необходимостью найти какого-то партнёра, который может сделать специфический вид исследования в какой-то конкретной стране, например, провести там фокус-группу, вы можете туда обратиться, и мы обязательно найдём кого-то, кто поможет, подскажет, как можно это сделать в самых разных странах мира. (аплодисменты).

Муратова Ирина: Очень хорошая идея, спасибо большое, нам подсказали. У нас в Томске будет в мае тоже съезд 7/89, который мы сейчас будем рассматривать возможность создания какой-то такой платформы, по крайней мере для начала. Я думаю, с неё надо начинать, на котором вот это русскоязычное сообщество хотя бы собрать для того, чтобы пообщаться, какие-то вопросы позадавать, какие-то может быть проекты.

Вот, например, Сергей Юрьевич у нас очень часто ездит по разным странам, и делает разные проекты, и не всегда знает к кому обратиться.

Сергей Юрьевич: Неправда, я знаю к кому обратиться (общий смех). На самом деле, поиск партнёров даже в сопредельном государстве, это большая проблема. Действительно очень много езжу, бываю и в Украине и так далее. И каждый раз найти партнёра, который смог бы тебе помочь в той или иной стране, провести исследования, это всегда действительно проблема.

Причём, проблема отмечается не только в том, чтобы найти партнёра, а ещё и настроить инструмент под проведение исследования, и даже под языковые особенности языка. А так как я часто провожу фокус-группы, большей частью провожу фокус-группы, то, скажем, в том же Кыргызстане нужно было, как минимум 4-я языками владеть: русским в Бишкеке, узбекским, киргизским и такой страной смесью на всём.

Понятно, что русскоязычному человеку, не владеющему или плохо владеющему киргизским, не понимающему узбекский, достаточно сложно это дело организовать. Но, если находишь специалиста, который может тебе помогать, то тут можно и совмещать те же фокус-группы.

Очень любопытные могут получаться исследования, когда с успехом ведёшь группу на русском, и они понимают, но ответить не могут, они отвечают на киргизском, но, при этом, очень здорово размахивают руками, и демонстрируют такую невербалику, что считывается всё, вот просто всё. А синхронный перевод – это идёт, как некое дополнение. И это бывает интересно.

Муратова Ирина: Мы начнём с создания такой платформы, у меня есть координаты не всех, наверно, но многих, я разошлю, когда это будет готово, приглашения. А сейчас, может быть, знаете, вопрос такой про конкуренцию. Когда мы составляли такой сценарий, что мы хотели бы спросить.

Сначала про региональные компании. В некоторых странах, насколько я понимаю, региональных компаний, наверно, нет.

Закругляемся тогда? Я всех благодарю за то, что вы все пришли. Сейчас мы будем решать вопросы, которые перед нами возникли, советы. Я надеюсь, очень сильно надеюсь, что наше сотрудничество на этом этапе только-только началось. Может быть первый блин у нас комом вышел, но простите, как получилось (смеётся), мы не очень готовы были к этому. Всё произошло спонтанно немножечко, поэтому просим прощения, и надеемся на дальнейшее сотрудничество. (аплодисменты).