VII СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУШИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ

Круглый стол «Каким будет опрос будущего?»

Материалы круглого стола

Презентации:

  • Климанова Е. ("Делфи") "Будущее опросной индустрии: результаты форсайт-сессии" (скачать .pdf)
  • Кацуро А. (Сбербанк) "За что мы больше не готовы платить исследователям?"  (скачать .pdf)

Видеоотчет:

Стенограмма:

Ведущий секции: Баскакова Юлия Михайловна

Спикер 1: Климанова Евгения Геннадиевна, генеральный директор компании «Делфи».

Спикер 2: Залесский Пётр Карлович, руководитель департамента исследований.

Спикер 3: Кацуро Александр Владимирович, менеджер маркетингового отдела «Сбербанк»

Спикер 4: Джон Кросник, профессор Стэндфордского университета психологии, политологии и коммуникаций

 

Ведущий: Коллеги, добрый день! Я рада снова вас всех видеть, тех, кто дошел до нас утром, тех, кто не дошел до нас утром. Сегодняшняя наша дискуссия посвящена увлекательной теме: «Какими будут опросы будущего?». Судя по названиям некоторых презентаций, вопрос можно было поставить иначе: «А будут ли в будущем вообще опросы?». Это наверняка так тема, которую представят наши докладчики. И так, у нас сегодня четыре выступления, четыре очень интересных живых разных кейса, которые мы услышим. И первой я приглашаю Евгению Климанову, руководителя маркетингового отдела «Делфи», которая представит публике результаты нового исследования, которое является для нас нетипичным и уникальным. Это форсайт-сессия о будущем исследовательской индустрии. Форсайты проводятся не очень часто, как правило, эта процедура длинная и не очень простая, дорогостоящая. И в этом году у нас есть шанс заглянуть в будущее и узнать, а что будет не просто с миром, а что будет с нами как с представителями исследовательского сообщества. Евгения!

Спикер 1: Да! Скажу сейчас все что знаю!

Ведущий: Женя сейчас расскажет всю правду.

Спикер 1: Да! Единственное, как-то Вы меня так это руководителем отдела. Я генеральный директор.

Ведущий: Генеральный директор компании!

Спикер 1: Да, собственник компании «Делфи». И так, единственное что, можно включить все-таки мою презентацию? Ведущий: Да. Где она?

Спикер 1: Сейчас, есть? Ведущий: Ага, да.

Спикер 1: Юль, ты обещала помогать, да? И так, я представлю. Вот я вижу людей, кто уже был на предыдущей секции и придется Вам немножко послушать еще раз. Результаты форсайт-сессии для исследовательской индустрии. Форсайт-сессия уже проводится во второй раз. Для нашей индустрии первый раз такой был тестовый и вот во второй раз, учтя все ошибки, которые первый раз были допущены, мы, значит, более серьезно подготовились к этому абсолютно не простому проекту и значит, сделали буквально две недели назад это большое событие или мероприятие. А, ВЦИОМ инициировал этот проект, ВЦИОМ финансировал этот проект. И я очень благодарна Седовой Наталии и компании ВЦИОМ, за то, что они пригласили меня в качестве координатора и позволили мне поработать над этим проектом. Также аналитическую поддержку представлял форсайт-центр Высшей школы экономики. Вот, проект абсолютно инициативный, проект не коммерческий и, конечно, задача этого проекта была показать игрокам рынка. Сейчас очень много говорят о том, что рынок меняется, отрасль сильно меняется, действительно, это так. А вот как она меняется и что нужно конкретно делать игрокам рынка? Какие компетенции наращивать? Как перестраиваться? Вот на этот вопрос ответ, вернее ответы были разные, и мы попытались ответить на этот вопрос. Поэтому проект оказался абсолютно прикладным. Можно дальше? Тимофей Нестик, вот здесь представлен, он был фасилитатором-модератором этого проекта. Это очень важная функция. И значит, было следующее. Ну, я координировала. И у нас был программный комитет, который помогал нам подобрать экспертов, выбрать экспертов, отшлифовать цель проекта и были непосредственно эксперты, которые заочно и очно участвовали в этом проекте. Вот фамилии их здесь все представлены. Сразу скажу, что у нас в данном случае, мы учли, так скажем, опыт прошлой форсайт-сессии и очень жестко квотировали экспертов, да? Здесь были представители традиционной индустрии, и их было всего 25% , то есть всего у нас 25-30 человек было. То есть в первый день чуть поменьше, во второй – это порядка 30 человек было. И жесткие квоты были. Представители традиционных исследователей - не больше четверти, дальше были представители исследовательской индустрии, но инноваторы. Кстати, я с ног сбилась, пока искала стартаперов в исследованиях и поняла, что это вот не так просто. Следующая категория – представители Вузов, представители клиентов/заказчиков и представители смежных отраслей. У нас присутствовали «Skolkovo», у нас присутствовал «Google», у нас, по моему, «Яндекс» не дошел. Ну, в общем вот такая очень солидная и разноформатная аудитория в качестве экспертов у нас была. Дальше. Вот эти герои, потому что все-таки кто вот и в прошлом форсайте участвовал и в этом, все, конечно обозначают, что эта работа непростая. Она много энергии требует, интеллектуальной постоянной напряженности, это работа в группах, работа с будущими трендами. Это не просто сесть и поговорить. Это реально сесть и подумать, да? Всю свою экспертизу собрать в одном месте. Дальше. Ну, здесь описание того, что такое форсайт. Я бы очень кратко сказала так: «Форсайт – это моделирование будущего». То есть эксперты собираются и представляют образ будущего и представляют как нам, договариваются о том какое будет будущее, договариваются о тех предпосылках того или иного сценария будущего. Но, и в итоге договариваются о каких-то конкретных проектах. Ну, в общем, все о будущем. Дальше. Это программа первого и следующий слайд будет программа второго дня. Скажем так, в первый день мы вышли на карту трендов будущего. Во второй день мы вышли на конкретные сценарии будущего исследовательской индустрии и вышли на бизнес модели тех игроков, которые в том или ином сценарии будущего будут. Можно дальше. И я просто уже хочу к результатам. Дальше. Это вот как это все было. Порой были очень дискуссии жаркие. Тренды. Очень много работали практически, не практически, а весь первый день мы работали с трендами. Потому что, как вы понимаете, трендов огромное, огромное количество. Выбрать из них те, которые в наибольшей степени будут влиять на нашу отрасль. Вот это дело было такое, достаточно долгое. Следующий слайд. Мы брали PEST-анализ. Мы политические, экономические, технологические, социально-демографические тренды изучали и их влияние на нас, как на индустрию. Дальше. Вот с такими мы работали карточками. Дальше. Дальше. Вот! И значит к чему мы пришли, то есть вот из огромного, огромного количества трендов мы, значит, выявили вот следующее: первое, это политические тренды. Из политических я бы хотела отметить монополия государства на персональные данные граждан. Это достаточно большая угроза. Первые звоночки к этому есть. И эксперты более того, мы потом в ось стандартного пространства даже вот этот показатель, не совсем в этом виде, но вот он подразумевался, конечно же. Если эта ситуация произойдет в приделе, вот, то нам как исследователям придется не так-то просто. А в экономических показателях, я бы отметила структурные изменения в формах предпринимательства. О чем это? Очень много говорили о том, что на сегодняшний момент, вообще, если вы посмотрите по своим клиентам, ну, по крайней мере, я по своим клиентам вижу, что меняется структура компании, меняется бизнес модель многих компаний. Дело в том, что средний срок жизненного цикла архитектуры или бизнес модели это 20-25 лет. То есть бизнесы, которые выстраивались в середине 90-х - в начале 2000-х, они уже сейчас на спаде своей бизнес модели. Например: дистрибуционный бизнес. Он уже на спаде, на очень многих рынках. Я дальше «Телеком» буду приводить в пример. То как они выстраивали изначально свою бизнес модель, да, на рынке "Телекома". Она уже тоже сейчас не работает. И поэтому сейчас очень много, у нас лично, заказов на разработку, на изменение бизнес модели. И модели меняются, а, значит, меняются и запросы к нам как к исследователям. Поэтому вот за этим нужно следить. Почему вот эти тренды очень важны? Это то, зачем мы должны наблюдать, зачем мы должны следить. Потому что это в большей степени влияет на нас. Можно дальше? Социально-демографические факторы. Я бы здесь, прежде всего это ускорение, изменение ценностных установок и моделей поведения потребителей. Это очень важно. За этим нужно следить. Вообще, был жаркий спор по этому поводу. Мы все-таки настояли на том, чтобы этот фактор был в первых рядах. Дело в том, что, ну вот, как это на нас, на исследователей, да, повлияет. Вот посмотрите, 5 лет назад еще социальных сетей, может они были, но они не были настолько распространены. Когда потребитель зашел в социальную сеть, даже не потребитель, а человек, то и у нас как у исследователей появился запрос на social-media research. 5 лет назад его не было, потому что в модели поведения потребителя не было присутствия социальных сетей. Именно поэтому очень важно отслеживать, как себя ведет конечный клиент, конечный потребитель, понимать, как это будет сказываться на ценностном предложении, который бизнес будет ему предоставлять. Как измениться, соответственно, бизнес-модель, и какой запрос к нам, как исследователям, будет падать в большей степени. И если в технологических, то у меня вот я бы остановилась, вернее так, сделала бы акцент так: чипизация и убиризация, создание IT- платформ. По поводу чипизации. Вот уже говорила на предыдущей секции. Я как-то так очень скептически к этому отнеслась. Вроде так далеко и какой же, простите, дурак установит себе эти чипы, куда-то встроит, да? Но в академгородке на прошлой неделе, в Новосибирске, где присутствует очень много молодых бизнесменов – стартаперов. Значит, наблюдаю диалог. Ему дают визитку, он говорит: «Зачем мне эта полиграфия? Она мне точно не нужна». Ему девушка говорит: «Ну, тогда найдите меня в Facebook». Он говорит: «Я не хочу этого делать. Вот у меня приложение». Он тут же считал по фэйсу. И тут же к нему в контакты и эта девушка ушла. То есть скоро и этого не захотят делать, поэтому кажется для этой аудитории, там встраивание в себя что-то, что ускорит процесс коммуникации абсолютно и абсолютно. Мне как «иксу» этого не понятно. Да? Но видимо, это будет так и скорее всего, я себе это вставлю. Вот, и создание IT-платформ. Создание IT- платформ – это вот как раз таки уже в конце второго дня, Александр рассказал про проект, который закроет через несколько месяцев. Как такое яркое выражение. Я забыла, как называется.

Мужчина: “Запись Store”.

Спикер 1: “Запись Store”. Вот. То есть это когда, собственно говоря, платформа позволяет исключить исследователя, прямого контакта и взаимодействия с исследователем. Правильно я понимаю?

Мужчина: Ну, это пример как раз… “Запись Store”, как проект, интересен не только тем, что позволяет обходиться конечному бизнес-пользователю без вовлечения какого-то ни было исследователя в процесс принятия решения. А в том, что эта платформа становится как раз, ну условно, убер-платформой в отрасли ресерча. Это платформа, на которой разные игроки ресерч-рынка, крупные компании выставляют свои методики для того, чтобы в этом супермаркете вы могли выбрать то, что хотите в момент, когда вам это нужно. Это не завязка на одного конечно поставщика, на одно конечное агентство. Это возможность выбирать в моменте. Более того сопоставление затрат финансовых, временных, потому что тайная методика требует своих ресурсов. Вы можете сравнить, выбрать, то решение, которое нужно Вам.

Спикер 1: Мы понимаем, когда убер-технологии выходят на рынок, что становится с таксопарками. Это я к тому что, кто понимает, кто из нас таксопарки. Это вот тоже надо уметь встраиваться в эти процессы и более того, допустим, такой крупный клиент как «Сбербанк» он заинтересован в такой платформе. И Александр говорит о том, что он готов пользоваться и даже ждет.

Мужчина: Мы будем!

Спикер 1: Даже будут! Поэтому вот так. А выбор, выбор клиента – это выбор клиента. Дальше идем. И внутриотраслевые, тоже, тренды. Мы об этом поговорили. Я бы здесь обратила внимание на то что, на прошлом форсайте это мимо прошло. А в этот раз эксперты прямо выделили качественные исследования. Приобретают все больше значение и наработки, качественные подходы к исследованиям. Об этом я попозже поговорю. Юль, можно дальше? Вот так мы собирали карту будущего. Дальше. Ага! Вот так вот Александр клеит как раз. Вот так карта будущего у нас появилась. Отчет, который будет 17 апреля, он уже будет включать в себя эту карту, расшифровку подробную. Дальше. Дальше мы поработали с черными лебедями, то есть если кто знает теорию Талеба. Это то неожиданное, абсолютно непредсказуемое, поэтому у нас, скорее всего как мы пытаемся это предсказать. У нас серые все-таки лебеди были, да? Но это то, что в корне может изменить структуру, ландшафт бизнеса. Дальше идем. И соответственно 12 таких черных лебедей эксперты назвали. Я бы, наверное, обратила ваше внимание на цифровое отшельничество. Это тоже важно в следующем, когда мы сценарий разбирали. Потому что сейчас, особенно на Западе, очень многие люди (индивидуумы) отказываются быть прозрачными, отказываются выставлять все свои персональные данные на показ. Они устали от того потока информации, который они получают. Это первое. А второе, это вот есть показатель криминализации, да? И эксперты полагают, что рано или поздно, ну сейчас это уже есть, то есть криминальные структуры, конечно же, будут этим пользоваться, что еще больше будет способствовать закрытости персонализации данных. Великий русский “Firewall”, тоже рассматривался. Это по аналогии с китайской системой подходом в Интернете. Тоже очень и очень может быть. Вот поэтому, как черный лебедь мы это рассматривали. Дальше. И значит нам из множества факторов, помните я вот четыре фактора: политический, экономический, технологических - рассказывала. Нужно было выбрать только два, которые действительно лягут в основу сценарного пространства нашей индустрии. После долгих, после жарких дискуссий мы остановились на двух. Первый это доступность и открытость данных. И второе, это скорость изменения модели поведения потребителей. То есть, во-первых, эти факторы должны были какие критерии отбора изменчивы (волатильность), в достаточной степени обладать, то есть как в плюс, так и в минус. Так и должны были влияние очень большое оказывать. Вот на этих двух факторах мы остановились. И у нас получилось вот такое сценарное пространство. То есть, по оси Х мы видим доступность персональных данных. По оси У – изменения ценностей потребителей. И когда мы говорим доступность персональных данных на максимуме, мы говорим абсолютную прозрачность. Понятно, мы говорим это все в приделе. Когда информации много, информации достаточно. Она доступна. Ее можно обрабатывать, ее можно использовать. На минимуме это абсолютная закрытость информации. Ну, нет у нас доступа. Но, как правило, мы там рассматривали три фактора: либо монополию государства на эти данные; либо отказ самого индивидуума, как мы говорили, размещать; либо усталость от опросов, от того чтобы быть прозрачными и тоже вот это закрытие. То есть в любом случае, это абсолютно закрытая история. И изменения ценностных потребителей на максимуме – это индивидуальное потребление, то есть когда настолько модель поведения у всех 7 миллиардов разная, то есть вот это вот изменение. А на минимуме это масс маркет, да? То есть когда очень есть крупные сегменты, очень однородное потребление. То есть Мы тогда еще назвали это военный коммунизм, вот это вот время. И соответственно на пересечении вот этих осей, у нас получилось три сценария. Первый сценарий - открытый мир. Этот сценарий, по мнению экспертов, был наиболее вероятностный, но в то же время очень сложный для нас, но вероятностнный. То есть это когда абсолютно открыты доступ к данным и высокая степень индивидуализации потребителя, высокая степень изменчивости модели поведения потребителя. Это открытый мир. Ресерч без данных. Это когда у нас закрыт доступ к данным, но, тем не менее, рынок продолжает развиваться, потребитель требует к себе особого внимания высокой степени индивидуального потребления. Это ресерч без данных. Это депрессивный сценарий. Он тоже возможен. Я расскажу, при каких обстоятельствах. Потому что, по сути, у нас отсутствуют данные. То есть, мы как исследователи, у нас нет доступа к данным, к сырью нашему. И третий счастливый одномерный человек. Это когда абсолютный есть доступ к информации. Человек счастливый, потому что он прозрачный о нем все знают. Но при этом, это его изменения модели поведения, то есть это массовый потребитель. Мы проговорили о том, что этот сценарий возможен при дальнейшем ухудшении экономической ситуации, то есть эксперты предположили, если все-таки чем беднее потребитель, тем меньше у него выбор. Тогда этот сценарий достаточно вероятен. И буквально коротко по сценарию. Сценарий - открытый мир. Теперь представьте себе ситуацию: информации море, информация легко доступна о каждом индивидууме. Аналитика уже робототизируется. Где место нам? Где место исследования я, когда вот думала о том, вот как донести трагичность. Я так буду. Меня Юля попросила максимально провокацию внести. В чем трагичность? Буквально на прошлой неделе разговаривала с топ-менеджерами "Вэмпилкома". Так вот, они говорят: "У нас ситуация. Представьте себе эту ситуацию. Вы инвестировали, у вас был продукт. Вы продавали голос, вы строили вышки, огромные инвестиции, и вдруг, появляется скайп, появляется вайбер, вотсап. И то, за что вы брали деньги вдруг становится бесплатным. Вот, на мой взгляд, это очень похожая ситуация. За то, что мы берем сейчас деньги, вот в этом сценарии будет бесплатно. Надо сказать "Телеком" сейчас в большом кризисе находится, и они действительно ищут способы, ищут продукты, ищут новые ценностные предложения для клиента. Обратите внимания. Я сказала, что это достаточно вероятностный сценарий, по мнению экспертов, и вот в этом сценарии нужно жить. Придется жить нам. Тогда какие компетенции придется осваивать. Если место нам? Эксперты сказали, есть, потому что они очень большие оптимисты. И место это синтез количественных и качественных данных. Собрать все свои компетенции в области аналитики, в области умения из данных найти инсайт, найти решения, найти какие-то идеи. И в этом смысле, на мой взгляд, наши навыки в качественных подходах, они достаточно могут пригодиться, потому что там вот как раз таки умение из информации, которая не очевидна, Найти вот эти подводные камни, найти вот эту скрытую информацию, которую мы можем применять для нашего клиента. Что нужно делать игрокам в этом сценария? Это вызов. Это однозначно, это вызов. Это наращивать компетенции в области синтеза, как я сказала. Это партнерство с владельцами-аригаторами больших данных. Это акцент на психологию изучения эмоций, это прогнозирование, стратегическое стратегирование, ребрендинг. То есть нам серьезно нужно будет наши компетенции менять и осваивать новое. Следующий сценарий Рисерч без данных. Я как сказочник теперь опять тут туману наведу. Здесь, представьте себе, что все. Мы не можем проводить количественные исследования. Нам либо законодательно это запрещают, Мы не можем брать, делать большим. Мы не можем пользоваться биг датой. Нам просто это запрещают. Потому что есть, допустим, монополия у государства на данные. Или, например, клиенты поголовно все закрылись. Доступа нет. Что здесь нам делать? Как быть нам, как исследователям? Первое, что наши оптимисты-эксперты высказали это, конечно же. Забыла уже что. Значит, ресерч без данных это, конечно же, уметь создавать самим вот эти вот источники информации. Это наблюдение, это пассивные методы сбора информации. Это качественные исследования. Умение временно создавать сообщества, да, потребителей. Изучать их и распускать. Это умение портнериться с бизнесом, для того что бы они давали доступ к собственным базам. И это очень не просто. Вот, я уже приводила пример, что за 17 лет работы только 3 клиента допускали нас к собственным CRM базам. Где мы могли бы там покопаться, какие-то тренды выявить и так далее. Данные грязные. Данные часто бывают бесполезны, но тем не менее клиент на этом сидит и никого не допускает. И можно понять. Поэтому здесь, как альтернативным, было название. Это называлось "Семейный доктор". То есть когда абсолютное есть доверие у клиента с исследователем и клиент готов отдавать и делиться этими данными, а у нас в этом сценарии, как мы помним, так как вводные данные кроме этого больше этого, сырья то и нет для анализа. Поэтому здесь опять-таки качественные исследования, подходы, все наши навыки пригодятся. Также работа с трендами, экспертиза, экспертные опросы, то есть все, что не количественные. И, кто-то уже смотрю за сердце хватается. Все будет хорошо в количественном, в итоге. И следующий сценарий - счастливый одномерный человек. Но это самый простой сценарий. Почему? Потому что, на мой взгляд, в этом сценарии особо мы, как исследователи не нужны. Ровно потому что человек одномерный, человек предсказуемый, поведение линейное. Ну чего его изучать вот в этом смысле? И конечно при этом очень распространены технологии работы с биг датой. И вся эта история. Поэтому, конечно прежде всего, что можем сделать, это только спартнериться с представителями технологических компаний с биг датой. Но и последний мой слайд. Отрасль находится и входит или уже находится в зоне. На мой взгляд, серьезных перемен. Помните говорила, что средний срок бизнес модели 20-25 лет? Нашему бизнесу тоже 20-25 лет и мы тоже находимся на стадии незрелости, а стадии, ну, там слово “смерть”. Не хотела я это слово сегодня говорить. Но на этой стадии мы вынуждены как исследователи, как бизнесмены по-другому выстраивать, менять свою бизнес модель. Визионерство, то есть предсказывать будущее. И еще очень важный такой момент, Я вот лично для себя, как игрок этого рынка, вынесла, что в принципе нам уже наши клиенты об этом давно говорят и мы уже начали работать по этой схеме. Не нужно приходить к клиенту и спрашивать: "Какие у вас есть проблемы?” Вот помните, кто продажами занимается, вот они говорят: "Как надо начинать свою продажу? Узнай потребности у клиента. Расспроси его." Вот это уже тоже не работает. Сейчас нужно проанализировать, найти какой-то тренд инсайд, прийти к клиенту и сказать: "Слушайте, я вот тут кое-что нащупал. Возможно для Вас это перспективно. Давайте с этим поработаем?" То есть, представляете уровень компетенции наш на сколько должен быть высок, для того чтобы мы могли в этом работать. Генерация новых идей через качественные подходы, поиск с помощью синтеза, консалтинговый подход. И закончить свою презентацию я хотела бы вот отдельно в отчете я там сделаю "золотые фразы" экспертов. Когда большой будем отчет делать. Фразу одного из экспертов, который сказал: "Ребята, время семь раз отмерь, один раз отрежь уже закончилось. Сейчас нужно 7 раз сделать-попробовать, 7 раз ошибиться, на 8 раз сделать продукт и уже выходит" Вот мне кажется, вот для меня это была ключевая фраза на основе которой я перестраиваю бизнес модель своего бизнеса как игрока исследовательской индустрии. Спасибо!

Ведущий: Евгения, спасибо! Это было, мне кажется, потрясающе. Я видела как коллеги чесали затылок в задумчивости. Коллеги, давайте так, если есть вопросы короткие на уточнее буквально позиции. 2-3 вопроса. Можем найти время, чтобы Евгения на них ответила. Нет. Все впичатляны. Тогда Петр Залеский разовьет те сценарии, которые нам продемонстрировала Евгения и расскажет нам о новостях исследовательского рынка. У него их три: две плохие и одна так себе. Вот это обещает нам некоторое будущее.

Спикер 2: Спасибо большое. А это работает? Добрый день, коллеги! Ну после такого широкого полотна, такой саге о форсайтах. Значит мазками, значит история, значит и перспектива отросли исследовательской. Я тоже в общем-то на эту тему свой взгляд изложу. Он естественно в камертоне стыкуется со многими тезисами. Это взгляд человека, который 25 лет заниматься ремеслом маркетинговых исследований. Планированием, организацией, анализом, презентациями результатов, работой с клиентами. И есть, как говорят, нюансы. Вопрос мы сейчас вот обсуждаем перспективу опросов, а сбываются ли прогнозы? Вот мы с коллегой мои по GFK Асхатом Кутлаиевым, который секцию по прогнозам ведет, обсуждали эту тему и вообще-то пришли к выводу, что дело это не благодарное, но полезное. И здесь понятно, что, то данных не хватает, то на [0:28:59] нам про черных лебедей глаз открыл и как это все учесть. И наверное тут можно вспомнить Хаджуна Следима, который, значит, утверждал что, но я не цитирую основною мысль: " лучший прогноз это лет на сто. Лучше ишак, лучше поди шак". Зато выступать в аудитории можно вообще очень интересно про прогнозы. Вот первый слайд. У меня в моей библиотеке личной. Вот эти три книжки. 63 года репортаж и 21 века. Ну увлекательное чтение. Можно и смеяться, можно и сожалеть, можно погоревать. Но далеко  не все исполнилось. Вы можете найти в интернете на ютубе замечательный диафильм, тоже 60 там какого-то мохнатого года, 2017 диафильм. Ох, там значит это империалисты. Значит советские коммунисты там ого-го-го, всех победили. В нашей сфере методы сбора информации в соц исследованиях. Это вот книжка по которой я учился в 89 год. Анкетный опрос-общение социолога с респондентом. А сейчас все меняется, если мы начинали с бумажных анкет. Я к сожалению не принес эти образцы 91-92 года. Я когда учился, подрабатывал интервьюером во ВЦИОМе. А сейчас планшеты. Пожалуйста, программируем, ходим, получаем ответы, записываем интервью. Очень много нового узнаем о том как проводится некоторыми персонажами эти интервью7 Это заставляет нас обращать внимание к чистке данных, проверке результатов. А то можно вот этот биг дата выложить быстренько в интернет, на публику и будет эффект 146%. Значит не проверенные данные или технические сбои они всегда могу вот этим черным лебедем прилететь и надо быть очень аккуратным. Техника меняется. В 1995 или 1996 году работал в исследовательской компании. Мы там оформили контракт на мобильный телефон NOKIA раскладная такая тяжелая. 3500$ стоило подключение. Пока я пользовался этим устройством, (этим гаджетом) для моб связи, которая далеко не везде по Москве работала. Меня трижды останавливала милиция, спрашивала талончик-разрешение на пользование этим мобильным телефоном. Наверное уже забыли это все. А сейчас, пожалуйста, планшет, мобильный телефон 400, 500, 600, ну 1000 рублей без лимит и так далее. Ну что же будет? Ну мы помним замечательный советский кинофильм "Москва слезам не верит" 1979 год. "А ничего не будет! Ни книг, ни газет, ни театра, ни кино. Телевидение! Одно сплошное телевидение!" исполнился ли этот прогноз через эти годы? Да, нет. Мы любим театр, мы ходим в кино и так далее. Но я не знаю сработает здесь видео. Некоторое же время сейчас... Вот такой вот фрагмент ролика. Когда вся информация, профиль каждого человека известен. Ну можно посмотреть этот ролик в полном виде. Разочарование от этого свидания. Как влияет это на нашу индустрию? На индустрию опроса. На этом слайде основные действующие лица нашего пространства. Есть заказчик-это могут быть гос органы, комерческие компании, банки, это могут быть общественные организации, частные лица, ну заказчик (клиент) Клиент обращается в агентство. В агентстве есть сеть интервьюеров. Разрабатывается анкета, передается или программирует на планшет и идут коммуникации с респондентами. Строится выборка в разных городах и тд или в районах. Это привычная классическая схема нашего взаимодействия. Но вот новость. Не вторая, тут опечатка. Первая. Плохая она или хорошая? Давайте порассуждаем. Говорится о больших данных. Большие данные и Александр будет наверное об этом говорить. Позволяет на прямую исключая и меня как представителя исследовательского агентства, интервьюеров, коллег из регионов, из Астрахани, из Калининграда, Самары, значит я здесь вижу. Значит мы из этой цепочки выпадаем. Меняется ситуация кардинальным образом. Ну вторая новость тоже плохая, вроде как. Собственные колл центры исследовательские возможности на стороне заказчика. Пожалуйста, сеть интервьюеров мобильные приложения. У нас эти мобильные корреспонденты лайфы дают информацию. Не успели прокукарекать официальная медиа уже значит в интернете выложены ролики и информация идет со всех мест, обсуждается, идет репост и так далее. Кому нужен Петр Залезский со своей компанией? Кому нужна Евгения Климанова и Юлия Баскакова. Вот, но я сгущаю краски специально. Остается респондент и там интервьюеры, которые там. Это вот одна схема. Третий сценарий - так себе. Ну продолжаем работать с заказчиками, потому что есть экспертиза, потому что есть аналитические ресурсы. Но мы запускаем онлайн опросы. Мы запускаем машинные способы коммуникации там систему распознавания речи и так далия. Но пардон интервьюеры не нужны. Зачем хлопоты эти. На прямую общаемся с респондентом. На этом слайде ряд трендов. Они согласуется с теми что говорила Евгения. Я не буду долго на них останавливаться. Много-много всяких вопросов. Анкеты у нас должны быть не скучные, короткие, с элементами игры, с визуализацией хорошей. Про убереризацию говорили. И каким будет будущее опросов? Вот сейчас от бумажных анкет переходим к планшетам. Во всех регионах организуются собственные кол центры, распределенные выборки и проводим достаточно быстро колоборативные исследования. А ведь на наших глаза, что мы видели. Вот это было совсем недавно. Хотя мы уже забыли про телефонные автоматы и прочее. Так вот опросы, звонки или установление приложений на смартфоны. Прямой контакт с респондентом, онлайн опросы. Исследовательские компании клиенты формируют собственные базы респондентов. Почему? Потому что зачем чиповать мы оставляем все следы своими карточками: транспортными, банковскими, мобильными телефонами. Как помните фильм в свое время был популярный "Minority report" ("Особое мнение"). Значит, ну там был такой момент когда главный герой заходит в супермаркет, а ему уже сменили глаза радужку, а ему предлагаются товары и услуги потому что все известно об этом человеке. Вот это такое будущее мы ожидаем? Система распознавания речи. Мне представитель одного из банков рассказывал, что:" мы там 5-7 вопросов легко. чат-бот ведет беседу, фиксирует все. Ну на 70-75% точность, ну там есть погрешности. Но достаточно для того, чтобы НПС замерить и удовлетворенность услугами нашего банка" Речь идет о комбинации. Комбинации наиболее эффективных методов. Это количественные и качественные сочетания традиционных методов. Телефонного опроса, но здесь ограничение короткие интервью. Ну допустим онлайн опросы где можно что-то показать видео, картинку, текст сложный и TAPI на планшете. Это комбинация данных дельта фьюжен. Но и вот Александр Михайлович Демидов на пленарном заседании показывал те инструменты, которые в нашей компании используются. Это мобильные приложения на сотовый телефон. Хорошая новость то какая? И об этом Евгения в принципе говорила. Мы без работы не останемся. Сейчас вот по фейсбукам ходит цитата американского миллиардера Марка Кьюбена. Он утверждает, то что не программисты потребуются в будущем. Нам социологам полезно знать, но не надо записывать на курсы HTML срочно там бежать. Вот товарищ говорит, что в будущем понадобятся люди с широким особенным взглядом на вещи. Заканчивая свое выступление, я хотел бы продемонстрировать ролик, который вообще-то известен. Я вот своим студентом перед началом курса маркетинговых исследований показываю этот ролик в полном объеме, а здесь вот маленький-маленький фрагмент. То есть наше знание все равно будет Востребовано. Спасибо за внимание! Готов ответить на ваши вопросы, если таковы будут.

Ведущий: Петр, спасибо! Единственное не понятно это был сценарий так себе или это плохой сценарий?

 Спикер 2: Это была хорошая новость.

Ведущий: А это была хорошая! Хорошая, коллеги, новость! Вопросы на прояснение на уточнение. Все поражены. И тогда у нас есть третий Мужчина: Но машинный интеллект мы все равно победим! Человеческое знание, опыт, нестандартность мышления все равно победит. Тогда у нас есть третье выступление. Спасибо, Петр! Александр Кацуро, который расскажет нам о том, за что нам точно больше не будут платить. Может быть еще не завтра, но по меньшей мере в течении очень обозримого времени. И каждый сможет тогда для себя сам прикинуть и оценить, а будут ли опросы и нужны ли миру социологи?

Спикер 3: Ну вот социологи наверное будут нужны, а вот с опросами сложнее. Мне просто хотелось бы для понимания аудитории со стороны клиентов кроме меня и еще одной моей коллеги в зале. Кто-нибудь присутствует? А, то есть не так много, но я прошу поддержать, потому что я постараюсь здесь выступить адвокатом дьявола, в данном случае тем, кто вроде бы пытается покупать услуги. Если можно сначала запустить ролик. Он там вот в уголку. Нам его показали. А я могу сам это делать. Прекрасно! Этот ролик на самом деле показал наш бизнес, бизнес подразделение внутри "Сбербанка". Я представляю исследовательское подразделение. Когда он нам пытался объяснить чего он хочет от жизни? Куда он движется? Ну, я думаю понятно. Собственно, что хотелось бы, что разговаривая о исследованиях, мы понимали, что мы находимся, в действительно меняющемся мире и не рассматривали то как нам сохранять и подливать жизнь тем технологиям, тем инструментам или методам с которыми мы работаем. Я поддержу Петра в том плане, что исследователи, они будут нужны всегда, в том плане что те люди, которые помогают критически посмотреть на твою работу, на твой бизнес. Которые помогают принять какие-то решения, они безусловно буду требоваться. Вот то какими инструментами они это будут делать это большой вопрос. Потому что собственно возвращаясь к тем трендам, которые мы выявляли на нашем форсайте замечательном. Мы говорили о том что меняется потребитель. Вот мы говорили там за 25 лет как изменилась наша отрасль. Вот как она поменялась. Мы не обсуждали то как поменялся человек за это время. Мы вот там сказали соцсети, но много чего еще произошло. А одновременно с человеком поменялись компании, которые предоставляют те или иные услуги. То есть как бы за вот эти вот прекрасные 25 лет, которые мы рассматривали компании, которые предлагали продукт, искали под него потребителя, некую целевую аудиторию, которой его можно продать. Как бы такой подход, он ушел. И сейчас как бы больше технологических компаний на которые мы все будем ориентироваться как на лидера будущего. Они с другой стороны смотрят на эту историю. Они хотят понять какие потребности есть у потребителя. И научиться быстро создавать продукт под эти потребности. То есть казалось бы, это вещь которой исследователи очень долго учили бизнес. Компании в роде "Сбербанка", которой объясняли, что вы должны лучше понимать потребителя, создавать для него некий продукт, для того чтобы были успешны. Теперь мы видим немного другую ситуацию. Тот же самый "Сбербанк" Внутри как мантру повторяет там устами нашего господина Грефа или менеджеров попроще, то что мы первым делом должны понимать потребителя, то что мы должны пойти к нему, мы должны задать много вопросов, посмотрев на все наши данные мы должны точно понимать те потребности, которые у него есть сейчас или которые будут. Создавать некий продукт и максимально быстро запускать его на рынок. Но мы как, скажем так, сторона на стороне банка, которая взаимодействует с агенствами, чаще всего видим обратную ситуацию, когда к нам приходит исследовательское агенство и оно пытается нам продать, то что оно умеет, а не то что нам нужно. Когда не пытаются понять нашу потребность, на самом деле, как того самого потребителя, а все таки найти на рынок сбыта. Вот и в соответствии с этим и то про что я хочу поговорить это про то как уже сейчас меняется наш спрос на исследования, то куда мы на самом деле тратим деньги. Вот это вот реальное распределение бюджетное исследование внутри "Сбербанка". Я скрыл так сказать суммы, но смысл прост. В течение времени мы примерно находимся в одной сумме. Небольшое падение на 15 году было очевидным, но в целом мы более-менее стабильны, с точки зрения того объема средств, которые мы выносим на рынок как заказчик, достаточно крупный заказчик, смею надеяться. Но структура, она меняется принципиально, то есть вы можете обратить внимание на прекрасную аббревиатуру VOC зелененький цвет для тех, кому видно плохо, но который существенно сжимается. Это все исследования удовлетворенности. Мы делали огромное количество исследований удовлетворенности. Мы старались любить клиента. Измерять его разными способами, привлекая для этого разные агентства с рынка. Очень быстро мы поняли некоторый набор вещей. Первое - исследования сами по себе, исследования удовлетворенности, они, так сказать, с низкой добавленной стоимостью. Основная проблема-это контакт с клиентом. Это поле. Данные, которые возникают в процессе чаще всего, они более-менее очевидны, либо понятны, либо как бы построить модель для их анализа, ну, не так чтоб сложно. А тратить деньги на поле нам хочется все меньше и меньше, а контакт со стороны агентства он все сложнее и сложнее. Просто с точки зрения падения респонс рейта. И эта история автоматизирована. Мы делаем огромное количество исследований удовлетворенности клиентов в моменте самостоятельно используя внутренние базы, внутренние ресурсы, автоматизируя как можно больше эту историю. Более того как ресерч внутри банка, мы исходим из того что мы не хотим заниматься этим, это не очень интересно. Это на самом деле бизнес процесс работы собственной клиентской базы. И поэтому мы создаем сейчас внутри функциональность, для того чтобы бизнес сам имел возможность смотреть на онлайн [0:51:31] в собственных аналитических системах. Самостоятельно понимать на сколько хорошо чувствуют себя его клиенты. На уровне вот это вот регулярной удовлетворенности. Это я к чему говорю, исследование удовлетворенности это один из больших кусков в ресече в количественных исследованиях, на сколько я там могу себе это представлять, для очень многих агентств. Вот эта вещь, она все дальше становится с одной стороны важной для клиентов, с другой стороны она все больше становится автоматизированной. Здесь нам очень помогают различные IT решения и различные ресерч убер платформы, которые готовы предложить какие-то простые информационные системы, в которые мы можем загружать из собственных ресурсов контактные данные клиентов, которые мы опять-таки не всегда готовы передавать наружу. Самостоятельно собирать все данные, в принципе самостоятельно строить любую отчетную аналитику, любого уровня детализации в моменте. И так далее, и так далее. То есть вот это вот зона за которую платить чем дальше, тем меньше готово. Нам интересна экспертиза поверх этих данных, то что сделать еще, чтобы клиент был счастлив. Но, к сожалению, чаще всего этой экспертизы мы не находим у агентств, потому что ну и агентства, не хочу никого обидеть, Но воспринимают себя именно как агентства по сбору данных. Вот поле, оно чем дальше, тем меньше нам кажется стоящее нам, чтобы за него платить. Просто, потому что с распространением различных онлайн инструментов и все больше диджитализации наших клиентов, нам становиться проще собирать все эти данные самим. Абсолютно. Просто представьтеСебе, что такое "Сбербанк"? Это 80 миллионов примерно клиентов, физических лиц и 1,5 примерно миллиона компаний. С каждым из которых есть цифровой контакт. Если не с каждым. То чем дальше, тем больше и больше клиентов, которые готовы с нами контактировать. Они готовы давать обратную связь. Более того, когда они видят, что "Сбербанк" пытается в ответ как-то модифицировать свои сервисы. Окей. У нас есть проблемы с очередями, с интерфейсами. У нас много проблем, но когда мы пытаемся, что-то делать навстречу. Когда мы показываем, что голос клиента не ушел в песок. Что это действительно куда-то вкладывается. Там становится с большей охотностью обратная связь. У нас респонс рейт на корпоративных опросах, отдельных опросах, достигает 30%. Ну как бы у кого он такой есть? И эта возможность допускаема.

Мужчина: по хорошей клиентской базе.

Спикер 3: по хорошей клиенткой базе. При том, что на нашей клиентской базе...

Мужчина: А на B2B максимум 20% - 25%.

Спикер 3: Вот, но у нас есть еще собственные данные внутри, по этим клиентам. С полными профилями и так далее. И если какие-то вещи еще не достроены, то это вопрос времени, когда мы расчистим те завалы данных, которые есть внутри. И когда эта зона уйдет. Но соответственно, так сказать, это с одной стороны плохая новость6 с другой - хорошая новость. В том плане, что технологии меняются и давайте не держаться за какие-то вещи, а искать новые решения, которые должны эту штуку сдвигать с места. Вот, внимание я еще обращу на вот эту вот серую зону. Она чуть-чуть растет в процессе. Называется скромно эт хок ресерч. Но у нас туда входит глобальные те самые качественные исследования, связанные с поиском ответа, собственно, что происходит и куда дальше? И эта вещь опять-таки чем дальше, тем более востребована. То есть опять-таки исследования, в результате которых возникает информация с большей добавленной стоимостью, то чего нельзя получить от анализа собственной клиентской базы. То где нужно, действительно глубоко поговорить с клиентом. Понять какую-то глубинную сущность происходящего. Все эти вещи получают больший спрос со стороны нас. Это то за что мы готовы платить. Собственно, тут есть еще небольшой сегментик, который вот он подрастает понемножку. Он будет расти еще больше. Эта история связана с изобилити исследованиями. Со всем что связано с оптимизацией наших продуктов и интерфейсов к тому рынку, который все больше и больше входит в свои права. То есть мы говорим про цифровой все таки мир, в который мы заходим понемножку. То есть мы его пока что воспринимаем, как нечто дополнительное. Дополнительные цифровые каналы в части обслуживания. Дополнительные цифровые каналы в части продажи взаимодействий с клиентом. Чем дальше, тем больше, тот же самый "Сбербанк" не самая инновационная компания в стране, наверное, но переводит своих клиентов на взаимодействие в цифровой зоне. Да, мы надеемся, что в какой-то там достаточно близкой перспективе, мы будем большую часть продуктов продавать в онлайне. Обслуживание в большей части будет проходить в онлайне. Те же корпоративные клиенты уже сейчас на 99% все транзакции проводят на цифровой истории. Соответственно все больший спрос будет на эту самую цифровую экспертизу. Умение адаптировать продукты к цифровой соответственно среде. Соответственно, с точки зрения опять-таки того, что меняется, ну вот глобально из истории нашего предыдущего года, практически. То есть мы действительно убили и автоматизировали на сколько можно все большие исследования удовлетворенности. И мы стараемся двигаться в этом направление, если что-то еще отсталость изжито. Как бы карфаген будет разрушен. Вопрос времени. Бренд трекинг тоже стандартный большой кусок и лакомый проект для любого агентства. Это вещь из большой истории про квартирники по всей стране, с большими обходами и многомесячными подготовками отчетов. На сколько можно мы его уведем его в онлайн, мы уведем его в оперативную подготовку отчетности. Мы не заинтересованы жить в истории, когда отчет уже никому не нужен когда он большой, красивый, нарисованный, данные собраны. Мы действительно внутри вынужденны действовать принципу Fast and dirty. Принятие решения в момент когда оно должно быть принято оперативно, уже намного важнее, чем невероятно выверенное качество данных, методологическая чистота. Я сам как вполне себе воспитанный социолог, В академической среде очень уважаю методологически правильные истории, но к сожалению бизнес живет по принципу простому: либо данные есть когда они нужны, либо оставьте их себе. Это то за что он не платит внутри. Соответственно, несколько хороших вещей я попробую озвучить с точки зрения того что же за что мы готовы платить. Первая история проста. Она как раз про ту самую бизнес модель, в которой, нам кажется мы живем, но которую мы не видим со стороны наших подрядчиков. То есть мы просим все агентства, которые приходят к нам, думать о нас как о конечном клиенте, когда вы создаете продукт. Не надо нас много спрашивать. Действительно, я поддержу эту историю по поводу того что вы хотите. Не важно нам приносить какое-то готовое решение и вместе пытаться искать какую-то зону где мы могли бы его прикрутить или попробовать. Поймите наш бизнес. Поймите нашу экспертизу. Приходите с решением нашей конкретной проблемы. Мы не хотим покупать поля. Прям совершенно. Мы хотим покупать профит для нашего бизнеса. Если вы приходите с некоторой идеей, которая позволяет нам на прямую построить цепочку, что сделав это исследование вы заработаете деньги, либо сможете, соответственно, как-то развить свой бизнес или избежать каких-то проблем в будущем.Это то за что мы очень хотим платить. Но нам совершен не интересно разговаривать в терминах: "мы проведем такое-то количество интервью", "такой соответственно будет отчет", "в такие-то сроки". А на И пусть полученные данные будут не на столько идеально прекрасные как результаты большого опроса проведенным уважаемым агентством. Но эти данные я получу на 2 недели быстрее. Вполне возможно, что я воспользуюсь именно ими.Собственно диджитал экспертиза - это наш в принципе большой фокус на этот год. Мы, в принципе, призываем всех, кто сидит в этом зале, всех, кто в этот зал не попал, в силу того что был на какой-то другой конференции или в принципе, Как бы кому есть что предложить. Нам очень интересен этот самый новый цифровой человек. Мы его вот чуть-чуть затрагиваем и говорим что мы меняемся. У нас нет комплексного какого-то вижиана, что он из себя представляет. Как он меняется, и каким он будет. Все кто умеет каким-то образом делать что-то интересное в области исследования поведения вот этого вот цифрового человека. Умеет его соотносить с условно оффлайновым и так далее. Мы всех ждем к себе в гости. Всех у кого есть что рассказать. В связи с этим я лишний раз сделаю анонс, что со вчерашнего дня стартовала очередная ежегодная аккредитация со стороны "Сбербанка" исследовательских агентств. Все кто хочет с нами учавствовать, делать интересные проекты, пожалуйста. Не пропустите эту важную историю, потому что она дает возможность работать с нами в течение года. Поэтому кому актуально фиксируете. НУ и собственно потребитель будущего. То есть, то чего не дает биг даты, то про что собственно говорил уважаемый миллиардер из Америки. Она связана во многом с тем, что анализируя свои текущие данные о клиентах, анализирую там текущие отчеты по накопленной экспертизе по текущему рынку. Мы не плохо понимаем настоящие, но если говорить все таки говорить про компанию-клиент, у нас есть свой собственный производственный цикл. Для того чтобы что-то предложить через 5 лет рынку и быть успешным. Нам нужно уже сейчас менять какие-то свои собственные бизнес модели, искать новые идеи и создавать новые продукты для человека вот там вот. И вот эту вещь нам действительно никто не может дать, кроме как внешних экспертов: фотурологов, социологов, кого угодно, кто готов активным образом рассказать нам чем мы будем заниматься через 3, 5, 10 лет. Мы так же ждем у себя тех кто готов в логике прогнозов поговорить с нами и рассказать про то какой будет потребитель будущего. Что он будет от нас хотеть как от компании, которая фактически производит сейчас любые сервисы. Куда нам нужно поворачивать свой бизнес. Это собственно та ценность за которую мы будем очень готовы заплатить. Вот, наверное, у меня все.

Ведущий: Спасибо, Александр! Коллеги, есть ли вопросы к живому заказчику? Как пройти аккредитацию? Не надо. Да, Сергей.

Мужчина: Скажите, что у вас там? Почему в 2016 году сократился немножко [1:03:02].

Спикер 3: Ой, слушайте! Это распределение просто.

Мужчина: А, спасибо!

Спикер 3: Там ходило. Юзабилите растет как бы здесь 17 года нет уж. Но в 17 году будет прирост. Я думаю, что оно удвоится минимум. На стоп доле даже.

Женщина: [1:03:17]

Спикер 3: У нас управление. Даже сейчас практически не департамент, но управление. Порядка 16 человек, наверное сейчас. Но мы надеемся немножко вырасти. Ну вот.

Женщина: [1:03:36]

Спикер 3: Нет, давайте так! Внутри "Сбербанка" очень много центров знаний. Все что связанно с данными, непосредственно с клиентскими данными и так далее. Есть несколько фабрик данных. При чем они самостоятельные, у них немножко разный взгляд на жизнь, но в принципе с той самой биг датой работает порядка четырех фабрик где просто есть большие команды дата саинтистс, которые эту историю обрабатывают. У них в принципе все калаборируют в том или ином объеме и можно там через кого-то получить аналитику, которая нужна. А мы, вот эти вот 16 человек, это чисто потребительские исследования. Те кто занимается с агентствами и с заказчиками внутри. То есть по сути это функция аккаунт менеджера внутреннего. Мы на самом деле закрываем потребности бизнеса, с точки зрения того как он организован. То есть в какой-то момент эта история про корпоративный и розничный сегмент. Я вот занимаюсь там в большей части корпоративными клиентами. Есть подразделение, которое специализируется на голосе клиента и как раз он занимается автоматизацией и самостоятельным проведением опросов по собственным базам в большом объеме. У нас как-то гибкая структура с точки зрения того что мы закрываем фактически потребности наших внутренних клиентов. То есть ну как структура.

Женщина: [1:04:56]

Спикер 3: Ну есть определенные тонкости сейчас в связи с изменением историй в структуре "Сбербанка", но если глобально, то территориальные банки могут самостоятельно воспроизводить определенные вещи, но с точки зрения продуктового управления, с точки зрения стратегии и с точки зрения управления сервисами и бизнес моделями и так далее. Все это сосредоточенно в башне центрального аппарата. Соответственно Основной спрос на самом деле в абсолютном объеме генерится башней. Регионы что-то проводят сами. Они могут бижутировать и так далее, но там спрос не очень большой. Но в принципе, они могут.

Женщина: [1:05:47]

Спикер 3: Здесь вопрос в ... Поймите, мне действительно трудно ответить, что им будет интересно. Это действительно глобальная готовность быстро проводить этхок на данной территории. Либо поддерживать истории связанные с дизайн -мышлением. То есть наше отдельное направление внутреннее связанное с тем, что бизнес оунеры, то есть непосредственно продукт оунеры. Они сами идут к клиенту и пытаются с ним взаимодействовать, задавать свои собственные вопросы. То есть некий саппорт к тому чтобы клиент, грубо говоря, сам пообщался со своим непосредственным потребителем. Вот эти вещи имеют спрос на местах. ну плюс какие-то отдельные разовые опросы на местах. То есть системного спроса на местах его нет. И я не могу его вам рекомендовать на него расчитывать сильно, но если вы будете готовы быстро закрыть какую-то потребность которая там возникла локально, когда нужно действительно опросить людей на выходе из отделения почему-то такие вещи возникают, но очень редко и мало.

Ведущий: Александр, была первая заповедь: " не приходите к нам и не спрашиваете, что нам предложить ". Поэтому он на это уже немножко ответил.

Женщина: [1:07:16]

Ведущий: С решениями к ним в территориальные банки.

Спикер 3: К сожалению, у вас будто есть проблема с нашей активностью, потому что все больше отцифровывают и захватывают. Мы можем опрашивать региональные наши базы быстрее чем вы. И мы действительно наши решения связанные с самостоятельным доступом к клиенту, мы переносим на всю систему. То есть когда, и если там запуститься прекрасное там решение с "Запись Store"  или аналогичные, которые мы сделаем сами для нашей системы, грубо говоря. Любой менеджер с определенным уровнем доступа на территории сможет запустить опрос и получить данные, грубо говоря, в течение суток.

Ведущий: Коллеги, уйдут в интернет и наше будущее снова станет под вопросом. Спасибо, Александр. Я вижу, что больше нет поднятых рук. Простите, я так и не знаю как вас зовут, давайте!

Мужчина: Можно я [1:08:17]

Ведущий: Нет! Нет! Все это бан. Про это мы не говорим. Мы говорим про будущее опросов, а не про будущее клиентов "Сбербанка".

Мужчина: [1:08:36]

Ведущий: Вас не слышно.

Мужчина: Я имею в виду [1:08:45]

Спикер 3: Физически мы сейчас находимся на [1:08:54]

Мужчина: [1:08:54]

Спикер 3: Смотрите, сейчас, как я уже сказал, стартует аккредитация. В рамках аккредитации, все желающие поучаствовать мы будем готовы...

Ведущий: На сайте.

Спикер 3: Да. Ну, На сайте "Сбербанк" есть вполне себе закупка. Соответственно вы можете зайти, подать документы, просто для того чтобы вступить в контакт. Соответственно...

Мужчина: [1:09:16]

Ведущий: Коллеги, извините! Вот давайте я вас здесь уже все таки перебью. Потому что у нас разговор о вопросах будущего, а не о том как стать партнером "Сбербанка". Это все такие уже такая частная история. Давайте, мы ее все таки в коллуарах... Ладно? Давайте, после дискуссии.

Мужчина: Юль, пару реплик позволите?

Ведущий: Да, да

Мужчина: Пару реплик позвольте в продолжении. Ролик замечательный, который был там значит про пит-стоп, да? Но посмотри вот на сколько увеличилось количество специалистов, обслуживающих эту машинку, которая быстро уходит куда. Туда ли она пойдет очень быстро? Меня иногда, скажем так, расстраивает значит, что новое поколение молодых людей специалистов очень умненьких, добросовестных, но это специалисты по нажатию трех кнопок. И он замечательный специалист и расти дальше некуда. А вот той широты взгляда, полной картины междисциплинарного какого-то знания порой не хватает. Это первый момент. И здесь как бы наша ниша. Второй момент - вот эти все процессы развития, они же происходят не равномерно и понятно, то что было за рубежом десяток лет назад, в штатах, дошло до нас.До Москвы, до столици6 до крупных городов. Значит...

Ведущий: [1:11:19]

Мужчина: А?

Ведущий: [1:11:20]

Мужчина: Да. Страна то у нас большая. И мы столкнулись с тем, что перевели наши большие проекты на планшеты и смотрим что-то данные у нас как-то в отдельных моментах поплыли. Начинаем выяснять. Оказывается раньше интервьюеры с бумажными анкетами заходили в такие дебри, в регионах. А сейчас с планшетом опасно где за 1000 рублей могут и нагреть. Вот поэтому и картинка получается более благополучная, чем ожидали. То есть много нюансов, то есть. И опять же технологии. Они тогда получают широкое распространение, когда альтернатива становиться дороже. До тех пор пока интервьюеры с бумажными анкетами будут дешевле, чем программирование опросника, чем планшет, чем работа программистов, аналитиков в банке там и так далее. До тех пор этот сегмент будет жить. Понятно, что когда-то была индустрия выращивания гусей. Для чего? Для того что бы перья там делать. Мы все помним значит штаты машбюро. Машинисток, которые перепечатывали тексты. Куда они делись? Куда делись эти профессии? Это постепенный процесс.

Ведущий: Петр практически начал дискуссию. Но у нас есть еще один оратор в продолжении. Еще один выступающий. У Вас вопрос к кому?

Женщина: К Александру

Ведущий: К Александру. Давайте, последний вопрос к Александру и на этом закончим. А дальше в свободной дискуссии продолжим. Пожалуйста!

Женщина: У меня такой вопрос. Вот "Сбербанк" имеет один из самых дорогих брендов. А вот в это связи вопрос по отношению к [1:13:30] агентствам. У них какое будущее? Это заслуга дорого бренда? Это заслуга самого "Сбербанка"? Или есть [1:13:38] рейтинговых агентств?

Ведущий: А какое отношение это все имеет к опросам?

Женщина: [1:13:46]

Спикер 3: Я прям немного затрудняюсь, но давайте так. Основная история почему бренд "Сбербанка" такой большой дорогой и так далее. Это все таки заслуга то что ему 175 лет за ним экономика страны. И большая часть людей в этой стране исходит из того что если рухнет "Сбербанк" не будет экономики. В принципе основной вклад который мы видим почему мы такие мощные большие и такие дорогие, потому что это как бы пока что равно экономика, практически. Мы, разумеется,работаем с агентствами. Мы пытаем с точки зрения маркетинга целенаправленно усиливать, развивать наш бренд, придавать ему что-то7 Пытаться повернуть его от старой занудной зеленой веселой, чтобы он воспринимался. Здесь есть определенные вложения со стороны наших коммуникационных агентств и так далее. То есть мы как бы фэйслифтинг делаем этому бренду, но с точки зрения его стоймости, все таки основной объем - это не то, что в него вложили за последние годы.

Ведущий: Вопрос задан. Ответ получен. Александр, Спасибо! Коллеги, давайте все таки, поскольку у нас уже началась дискуссия и мы не будем держать Александра. Давайте, мы сейчас дадим слово нашему последнему выступающему на сегодня. После этого перейдем к жанру дискуссии и задаванию вопрос, уже и комментариев и реплик, которые вы хотите сказать. Петр сейчас в своем комментарии упомянул6 что у нас сейчас твориться то, что в США было 10 лет назад. Что вот они сейчас показывают живой пример тому что мы идем. И наш последний выступающий, представитель Соединенных Штатов, Джон Кростик, который поделится с нами своими соображениями о том как он уже из нашего будущего, которое сегодня есть в США, видит будущее, которое чуть-чуть подальше. В которое мы вероятно тоже дойдем.

Спикер 4: Okay.

Ведущий: Коллеги, у меня есть вопрос. По скольку Джон будет выступать по-английски и у него есть переводчик. Нужен ли нам переводчик? Поднимите руки, кому нужен.

Спикер 4: Translation? Okay. Good. Джон Кростик, профессор Стэндфордского университета психологии, политологии и коммуникаций. Одна из главных причин почему я здесь, я в отрасли исследований уже 35 лет и сейчас я вижу, что на самом деле в США эта отрасль столкнулась с кризисом. И я хотел бы рассказать вам, дать свои предположения и намерения куда же, какой путь будет у опросов и какое будущее у опросов на ближайшие 15-20 лет. И все кто ждет каких-то замечательных, чудесных и новейших инноваторских инсайтов в будущем, перед ними Джон хочет извиниться. Потому что, да, другое немножечко мнение у него. Главная проблема как научной сферы в общем и целом, как и исследований в Америке6 да не только в Америке. Заключается в том что Мы хотим все сделать быстро и дешево. А чем быстрее и дешевле мы это делаем, тем соответственно больше компромиссов нам приходится находить с точки зрения качества. Соответственно, дешёвый опрос, дешевое исследование, оно скорее всего не будет качественным. Зачем же мы вообще проводим опросы? Мы просто хотим провести время хорошо или же мы хотим узнать правду? Если мы хотим узнать правду, значит это потребует времени и денег. Джон очень скептически относится к большим данным, биг даты. Он считает что это больше проблема, чем решение проблемы. То огромное количество транзакций, которое проводится. К сожалению это больше проблема, которую нам очень сложно решить. И все эти транзакции понять и оценить и как-то их вывести. Джон опять-таки обращает внимание на то что если мы даже проведем опрос в этой аудитории или в миллионах таких аудиториях по всему миру, к сожалению мы не сможем понять интересы, предпочтения. Мы не сможем сделать картину всей страны. Поэтому, главное решение проблемы, с точки зрения Джона, это проведение случайных выборок. Случайная выборка, как основной инструмент и как основное решение проблемы. С точки зрения Джона, сегодня как бы на других круглых столах и секциях говорили о том что биг дата (большие данные) и плюс анализ соц сетей, таких, как Facebook, Вконтакте. Они, анализ лайков, дислайков, они могут помочь спрогнозировать какие-то тренды. Джон считает, что нет. Он готов поспорить, все свои деньги поставить на это, что нет. Главное это научный метод, которые поможет вам получить достоверные результаты. Главная проблема заключается в том, что эти все новые техники, которые мы, как мы считаем, да и если мы будем считать, что они действительно работают: анализ лайков/дислайков, банковских транзакций. Мы будем считать, что да они реально работают и соответственно, нам не нужны какие-то старые добрые техники, старые добрые методы. Мы их забросим не будем их использовать. Соответственно, в итоге, как считает Джон, то что мы получим. Да, у нас будут какие-то продвинутые новотивные техники, которые, совершенно не факт, что они будут давать, какие-то хорошие результаты. А то что реально работало не будет использоваться. Джон, все таки верит в будущее опросов и в то что их можно улучшить. Да, различные техники проведения опросов. И соответственно он хочет об этом рассказать. Опросы могут проводиться как с помощью интервьюеров, так и могут быть само опросники с помощью компьютера. В США оба метода вполне хорошо себе применяются и оба они тоже предоставляют точные данные. И для проведения опросов именно с интервьюерами очень важен набор респондентов, соответственно, для этого нужно проводить личные интервью, личные опросы с респондентами. Это очень сложная работа. Я думаю все кто когда-то этим занимался это понимают. Опять токи если вы хорошо провели этот этап, то в дальнейшем часть проблемы лимитируется. Главная проблема, это то как интервьюер может убедить респондента учавствовать в опросе. Это тоже очень сложная задача и в этой задаче тоже очень много проблем. Но об этом стоит поговорить. Другая проблема, которая может возникнуть - это, то как составить анкету, составить опросник. Соответственно, у каждого отдельного интервьюера, у каждого отдельного колстера могут быть свои взгляды на этот вопрос, на эту проблему. Но не стоит забывать о той литературе, которая, можно сказать, годами, веками нарабатывалась в этом направлении. Эту литературу лучше тоже всегда учитывать, с ней ознакомиться. Использовать какие-то техники, которые уже традиционные. Которые используются давным-давно. Соответственно в опросах и в техниках опросов можно экспериментировать, проводить эксперименты. Комбинирую обычный устный опрос с экспериментом, как с техникой проведения эксперимента. Это может быть исследования каких-то телевизионных предпочтений, маркетинговые исследования. Но опять токи в таком варианте, в этом направление очень много новых возможностей, которые стоило бы изучить. Которые стоило бы попробовать. То есть этого не надо бояться. Джон благодарит за теплый прием, за то что многие из вас заинтересованы этой темой. Соответственно он надеется на сотрудничество в будущем, так как он все таки считает, что метод опроса жив. Пациент скорее жив, чем мертв. Поэтому сотрудничество в этой сфере было бы очень плодотворным.

Ведущий: Спасибо! Я исходно предполагала, что провокации будут выступления коллег, что опросы ждет тяжелая судьба. Но судя по всему, провокацией становится выступление Джона, который говорит о том, что опросная методология жива и будет жить на зло любой биг дате. Если есть вопросы на уточнее, давайте их зададим? Если нет или может будет возможность задать их Джону сегодня вечером. Он сегодня в 17:30 будет проводить мастер-класс о методологии исследования, о выборках. О том как строить выборки, как формулировать анкетный инструментарий. Куда я вас всех приглашаю и тогда мы... Я не вижу поднятых рук. И тогда переход в формат свободной... А у вас есть. Вопрос или комментарий?

Мужчина: [1:30:51]

Спикер 4: Вопрос был о способах и различных источниках при проведении опросов. Джон сказал, что сейчас в США используются и аудио и видео материалы для проведения опросов. И возможно6 в ближайшем будущем технологии VR, дополненные виртуальной реальностью. Также будут использоваться. Но с другой стороны, да, такая вещь, она является вызовом. Вызовом для интервьюеров, для полстеров. И в ней всегда нужно учитывать построение выборки, обязательно.

Женщина: Я спросила о причинах кризиса исследовательской отрасли в Америке. Является ли это стратегией fast and dirty, о которой говорил Александр. И почему это так?

Спикер 4: Главная проблема заключается в том, что если бы в США соц организации, соц компаний сказали бы, что: "Да, мы можем проводить исследования быстрее и дешевле. Но при этом результат будет менее точным." Тогда, да. Но то что сказали и, то что говорят исследовательские организации в США, это то что:"Да, мы проведем исследования дешевле, быстрее. Но при этом мы будем точнее, чем все остальные наши конкуренты". Как раз токи это и явилось причиной кризиса.

Ведущий: У кого-то еще была поднята рука. Да? Женщина: Вы упомянули о том, что основным моментом опросов, основной сложностью является заинтересовать респондента принять участие. Есть ли у Вас какие-то рекомендации или способы, в Америке, какие-то такие сверхъестественные и интересные, которые помогут заинтересовать респондента поучаствовать в опросе?

Спикер 4: Очень многое зависит от интервьюера и от того кто составляет сам опросник. И если к вам подходят с вопросом или просьбой:"Пожалуйста, ответьте на несколько вопросов!", о чем вы в первую очередь будете думать? Почему вы согласитесь на это просьбу? Первое - это деньги. Понятно. Второе - это вы чувствуете свою значимость. Вы понимаете, что ответя на определенные вопросов вы сможете изменить мир к лучшему. Но как часто люди, которые составляют опросники, составляют анкеты, об этом задумываются? Подумайте над этим вопросом. И, да, эта идея, она не только, действительно, для каких-то компаний в коммерческой сфере, Для правительства. Если мы понимаем, как респонденты, что действительно наше мнение что-то значит. Что мы действительно сможем что-то изменить. В таком случае, проблем с ответами и проблем с их заинтересованностью не будет.

Ведущий: Спасибо, коллеги! Вопросы есть еще? Закончились? Пожалуйста.

Женщина: Вот сейчас очень много говорят о том что меняется тип мышления у подрастающего поколения. И молодежь [1:37:11] Не станет ли это препятствием традиционных форм опроса? Будут ли они так же актуальны, если изменится тип мышления у другого поколения?

Спикер 4: Люди меняются очень медленно, по мнению Джона. По этому, да, современное поколение отличается от наших бабушек, отцов. Но при этом основные наши, фундаментальные интересы, ценности, системы ценностней, наши потребности, именно эмоциональные, психологические. Они остаются те же самыми. Поэтому, Джон не видит проблемы6 что это будет каким-то вызовом, каким-то челенджем для традиционных методов опроса. Конечно, да, может быть однажды у нас будет чип в голове и все это можно будет считать, но до этого еще надо будет дожить.

 Ведущий: Страшно подумать, как это надо будет обработать. Коллеги, если вопросы завершились. Я тоже больше не вижу поднятых рук. То тогда мы можем переходить. Спасибо, Джон! Это было потрясающе. Тогда мы можем переходить к формату свободной дискуссии. Реплики, комментарии, предсказания, страхи и ужасы, которыми хочется поделиться с коллегами по сообществу. Есть у нас в этой аудитории?

Мужчина: У меня вопрос [1:39:59]

Ведущий: Да, Сергей Александрович.

Мужчина: А на вы ошибались?

Спикер 3: Интересный вопрос. Уверенность базируется на том, что по-другому, грубо говоря, внутри у нас это не покупается. То есть если говорить про то, что мы движемся, с точки зрения тех же исследований удовлетворенности, что они переводятся из логики отдельного некоторого исследования вмешивая в процесс. Но, давайте, так! Во первых, просвещенный запад пошел уже по этому пути. Мы просто копируем некоторую историю. А, во вторых, как бы получается наш бизнес уже по-другому не хочет жить. То есть он хочет, конечный менеджер, кто отвечает за сервис. Пощупать своего клиента максимально быстро и жить несколько в другом ритме. А объяснение по поводу того, что есть некоторый другой путь. Он как бы уже не очень воспринимается. Как бы мы всего лишь подстраиваемся под те требования, которые предъявляет меняющаяся компания и в след за ней пытаемся удовлетворить ее спрос. Возможно мы ошибемся. Мы тогда будем6 что-нибудь переделывать. То есть как бы принцип ровно тот же: мы пытаемся, мы ставим эксперименты, по тому как решать какие-то задачи, меняемся, ошибаемся. Но Лучше налепить сейчас 300 ошибок, да, но в результате прийти к какому-то хорошему пути, чем очень долго продумывать некое правильное решение, которое тоже устареет в процессе. Мы единственный [1:41:29], которые для себя видят способы адаптации к условиям ведения бизнес и ресерча внутри такой компании, как например "Сбербанк". Это просто ставить много экспериментов, пытаться меняться, пытаться что-то развивать, пытаться искать новые источники данных. И выживает, в результате, внутри это конкуренции, с точки зрения данных и инструментов, те, которые кажутся нам более успешными или более востребованными внутри.

Мужчина: [1:41:49]

Спикер 3: Мы госкомпания, которая, к сожалению, не благотворительная организация. Мы внутри готовы выделять определенный дополнительный бюджет на интересные проекты, которые ложатся в логику тех изменений. Которые от нас ожидаются. То есть, мы не можем предложить просто уважаемому сообществу некоторые бюджеты и гранты. Этим занимаются другие компании. А мы готовы, с точки зрения рынка, инвестировать в те решения, которые выглядят перспективными и конкурентноспособными. Мы, в принципе, готовы приглашать к себе, к диалогу, тех, кто хочет предложить что-то новое. В этом году у нас ряд инициатив уже точно идет...

 Ведущий: Все для народа. Мы поняли. Прошу, Мария [1:42:30]

Женщина: Спасибо большое. Очень интересно. Хотелось узнать о моменте. Первое - вы сказали, что у вас существенно развивается [1:42:39]

Ведущий: Вопрос понятен. Спасибо. Да, Александр?

Спикер 3: Вопрос очень широкий, но давайте коротко. "СберТех"- это дочерняя компания "Сбербанка". Соответственно там есть, действительно, собственная лаборатория и она довольно сильно поддерживается, в том числе и ресурсами головной компании. В том числе, с точки зрения рекрута и респондентов. Они, в том числе взаимодействуют с теми агентствами, которые мы поставляем наш общий проект. Иногда «СберТех» включен в работу по проектам внутри "Сбербанка" и так далее. Это не то что бы какая-то раздельная кухня. Цифра, которую мы показывали. И цифра, которую мы потратили с бюджета. И не важно, кто его реализовывал, если это шло с нашей статьи. Поэтому это реальная цифра. С точки зрения направления развития, мы открыты ко всем источникам. К сожалению, у нас нет никакого специального волшебного ключика или таблетки. Где, грубо говоря, посмотрите на этот ресурс там лежит все. Мы стараемся посещать конференцию, мы приглашаем к диалогу агентства, которые готовы, что-то принести. И соответственно, плюс мы изучаем опыт компаний заказчиков на западе. Но в частности у нас был прекрасный, совершенно, момент взаимодействия с компанией "Unilever" и с изучением ее опыта. То есть, была бы возможность - рассказал бы. Но отдельно готов прокомментировать. То есть, как бы у нас нет других источников. Изучайте литературу и кейсы других компаний, кто уже что-то ...

Ведущий: Ответ получен. Спасибо. Все таки поиск клиента не насущная проблема. А может мы все таки про будущие опросы какие-то вопросы зададим? У Марии был.

Женщина: Да, у меня вопрос к Александру. Хотя я [1:45:24]

Ведущий: То есть зачем нужны исследования банку, если он все равно их не применяет, так?

Женщина: Как вы чувствуете свою востребованность? [1:46:19]

Ведущий: Жизнь исследования после исследования.

Спикер 3: Вопрос философский во все стороны. Давайте я коротко по поводу востребованности ресерча внутри компании и на меня как на ресерч менеджера внутри компании. Она сжимается. Если, грубо говоря, 5-10 лет назад я был тем, кто приносил данные и я был тот единственный, кто рассказывал. Сейчас у бизнеса тоже много. Я считаю, что я внутри компании нахожусь в конкурентной среде. И я всего лишь один из источников данных, которые могут позволить принять решения. Поэтому моя задача быть лучше, интересней, полезней с точки зрения данных, которые я приношу и с точки зрения тех ответов, которые я приношу и с точки зрения своей возможности просуммировать различные источники внутри не только исследовательские, внутри. Вот соответственно с точки зрения, я вот надеюсь правильно понял вопрос вчасти того на сколько решение компании менеджмента могут отличаться и не вязаться с теми результатами, которые мы приносим, с тем мнением, которые клиенты сложили. А, это большой бизнес. Все сложно. Что могу сказать? К сожалению, на сколько можно наше руководство и менеджмент внутри старается следовать требованиям рынка. Но у него попутно есть достаточное количество факторов, когда требование рынка - это одна из тех гирь, которые кладутся на весы с разных сторон. И иногда вам нужно удержать условно систему финансов или корпорацию и пойти на крайне непопулярные решения. И в данном случае, оцениваете тот объем риска, который вы понесете в связи с этим решением не популярным. Для этого тоже применяется.

Ведущий: Давайте я добавлю. Мария, представьте себе, что наши заказчики, не только Александр в государстве, начали следовать результатам опросов. Вам страшно? Мне, да! И конечно хочется, чтобы что-то принималось во внимание, но наверное не всегда есть вот эта прямая связь. И вот у Вас был вопрос? Потом Вы.

Женщина: [1:48:27]

Ведущий: Кто рискнет ответить, коллеги?

Спикер 1: Ответ очевиден. Еще сложнее будет. Потому что, действительно, В2В исследования все тяжелее проводить. Компании закрываются. Компании не готовы. Вроде бы, с одной стороны абсолютная прозрачность есть. Но с другой-все больше закрытой информации. То есть все сложнее и сложнее. В принципе, тенденция та же, но с коэффициентом в 2-3. Это моё мнение. Это не мнение экспертов.

Спикер 2: Да, да! Конечно добавлю. Но исследования на В2В рынке они всегда были непростыми. И здесь первое, значит, как построить грамотную репрезентативную выборку. Если базы, которые мы используем там РОССТАТовские, там Руслана, там еще другие. Мягко говоря, желают лучшего. Те контакты, которые там есть, они не совсем адекватные. И достижимость от первичных контактов на уровне 25% в среднем. При этом надо применять определённые усилия. Потому что если с респондентом мы общаемся на прямую и здесь шарм интервьюера, умение убедить, уговорить. А там еще секретарша, там еще автоответчик. И как очаровать автоответчик? Вот это задача. Понятно что face-to-face интервью на В2В рынке тоже мы проводим, но они дорогие. Вот здесь Александр может подтвердить. Мы с ним знакомы достаточно много лет. Еще когда в другой компании работал. Значит, это действительно, это сроки, это стоимость, это всегда компромиссы. И здесь единственный путь - работать, сжав кулаки, зубы, терпеливо. Дело в том, что мы работаем с людьми через людей и для людей. И вот относится вот так вот что кругом значит роботы, которые щелкнул и машина заработала, такого не бывает. Социологическая сфера, наша индустрия, это много-много профессий, много-много специальностей. Есть аналитики стратегии, есть менеджеры. Я хоть там в свое время защитил кандидатскую диссертацию по социологии, но я считаю себя прорабом. Потому что я организатор.

Ведущий: Еще были вопросы.

Женщина: Продолжая тему ... [1:52:05]

Спикер 2: я отвечу. Да. Ну HR и людям, которые в сфере образования, известен принцип 70/20/10. 10% знания и опыта необходимые для работы получают из каких-то тренингов, потом курсы внутренние и 70% на рабочем месте. К нам приходят и стажеры, к нам приходят выпускники. Мы им ищем. Закидываем сети во все рекрутинговые компании, но все равно человек приходит и внутренняя субкультура, и работа с данными и коммуникация с внутренними серверами. Это все равно требует времени и обучения. Через это все проходили. Ведущий: Я вот добавлю. Во ВЦИОМе тоже есть достаточное количество мероприятий, направленных на обучение. Грушинская конференция, направлена на коммуникацию, увлечение. Это тоже обучение. У нас есть зимняя школа, куда каждый год за свой счет, за наш счет приглашаем наиболее талантливых ребят-студентов, с которыми мы проводим тренинги. В том числе: как составлять анкету, как работать с заказчиком и так далее. Называется:"Клиентоориентированность социологического исследования". Мы проводим конкурс студенческих работ на лучшую работу. Мы проводим конкурс студенческих дипломных работ. Мы даем гранты на написание статей. У нас есть базовые кафедры в целом ряде ВУЗов, где мы приходим и нашим дружным коллективом, в течении какого-то времени, читаем какой-то курс. Как провести прикладное исследование? Не говоря о том, что мы берем людей на стажировки. И я не трогаю внутреннее обучение тех сотрудников, которое принято. Что могу сказать? КПД у всего этого гораздо меньше, чем хотелось бы. Правда, Пётр?

Мужчина: Да.

Ведущий: И надо помнить, что все таки компания - это не обучающие учреждение, заведение. Почему мы должны учить? Мы тоже желаем получать от Вузов какой-то готовый, близкий к готовому материалу. И видимо здесь нужна какая-то другая модель взаимодействия Вузов и компаний, которая не решается тем, что мы открываем базовые кафедры и просто что-то читаем. Нужна какая-то другая модель вовлечения студентов в исследование с более ранней историей. Я знаю, что в Высшей школе экономике есть такие практики. Ребятам за часть кредитов засчитывают за счет того что они делают проект в течении семестра. Вот он сделал проект. Ему засчитали кредит за какой-то пройденный курс. А к тому, чтобы курировать этот проект привлекаются люди из компаний. Например: студентов они получают как рабочую силу. Какие-то такие совместные истории рождаются. Надеемся, что их будет больше.

Спикер 1: Я тоже могу поделиться своим опытом. У нас компания, несмотря на то что региональная, мы все равно проводим много маркетинговых исследований по всей стране, даже за рубежом. И на сегодняшний момент основная востребованность это, как я уже говорила, смена бизнес модели. Что мне дальше делать? Как мне дальше поменяться? И конечно аналитики, которые у меня вот есть, 7-10 человек, достаточно большой такой штат для нас. В основном это маркетологи, социологии и они очень плохо это понимают. Вообще сейчас проблема в том, что маргетологи не очень хорошо понимают как в целом бизнес, в котором они существуют, за счет чего зарабатывают, в чем является его компетенция, что можно на [1:55:50] отдать, а что можно оставить в бизнесе. Ну вот все что касается бизнес модели. Буквально в прошлом году мы приняли для себя два таких достаточно принципиальных решения. Первое - мы прекращаем искать для себя аналитиков только в разряде социологов, математиков и маркетологов. Мы сейчас, в том числе, берем стартапов интересных. И этот опыт очень интересный, потому что это люди, которые уже совершили ошибки. Люди, которые уже понюхали пороха. И люди, которые готовы понимать и включаться в бизнес клиента и понимать, что он из себя представляет. И мы открываем, буквально с 10 апреля, школа аналитиков у нас стартует. Школа аналитиков как раз и начинаем мы. Это платная школа. Пока это для студентов. В тестовом режиме. И начинаем мы опять-таки аналитик, маркетинговый аналитик бизнес модели. Что такое бизнес модель? Как существует бизнес? Что такое ценностное предложение для клиента? Из чего оно состоит? И только третий пункт. Третий блок является: показатели и методики. Мне кажется, это сейчас очень важно. И это чего не хватает, в том числе исследовательским многим компаниям. Потому что очень часто мы не можем. Исследовательские компании не могут ответить. Мы показатель считаем, а для чего он клиенту? Зачем он? Что он это даст в итоге? Может его не нужно считать? А просто идем по наторенной дорожке и идем. Вот так вот. Ведущий: Видите большое разнообразие. Да. Сейчас Петр добавит.

Спикер 2: Вот сейчас модно практика ориентированная на образование. Я к этому отношусь с настороженностью. Иногда, кажется, что пытаемся впереди паровоза бежать. Всему свое время. Потому что без хорошего там полноценного образования, широкого. Любая практика превращается в профанацию. В ремесленничество. Вот тех пресловутых...

Ведущий: В ритуал.

Спикер 2: Да, специалисты по нажатию трех кнопок. Есть инструкция. Что там учиться? Или Exele или Power Point освоил и все ты там спец. А с другой стороны, без практических навыков любые академ знания простое мудрствание. Вообще особо денег никому не принесет. Если говорить так прагматично. И это вечная проблема. Меня удивляет, что легко так забывается опыт 20-х годов. Когда наши наркомы образования и всех сажали за станки и пытались построить светлое будущее.

Ведущий: Коллеги, я смотрю, что у нас уже приближается время завершения секции. Я знаю, что основной инстинкт сходить на обед наверняка у многих появится. Поэтому давайте буквально последний вопрос. Была рука с заднего ряда. Олег. Еще один вопрос. У вас будет самый последний и на этом мы всех отпустим. Пожалуйста.

Мужчина: У меня не вопрос, а такой скорее дискуссионный камушек. Спасибо. Мне кажется я нашел чем еще ресерчу заниматься, может быть еще с меньшим успехом. Нужно на [1:59:19] образования. Что сказал Джон Кростник? Все слышали, разумеется. Но что он для меня сказал. Я этим хочу поделиться.Первое - классика важна. Важно, что, выборка. Важно качества опросника. И важен рекрутмэн, то есть когда интервьюер объясняет респонденту зачем опрос нужен. При этом не выдумывает ничего, а прост эксплицирует, то что в этом опросе заложено. Польза для тебя же любимого. И что еще сказал Джон Кростик. То что я, конечно же услышал. Он сказал вот это fast and dirty - это хорошая вещь, но если менеджмент заказчика будет на это клевать, активно хавать и только это, то умрет инфраструктура нормального ресерча качественного. Она умрет. Следовательно, что надо ресерчу? Надо идиотам заказчикам объяснять, что fast and dirty это круто, но объяснять. Но через кого объяснять? Например через таких нормальных социологов приличных как Александр. Спасибо вам! Замечательный доклад. В том числе искать языка. В том числе публиковать стандарты. В чем ВЦИОМ тоже как ресерч. Это тоже просветительская деятельность. Но куда деваться? И что? Последнюю мысль хотел сказать.

Ведущий: Ну Пока ты ее думаешь, я добавлю, что мы во ВЦИОМе пришли к тому что надо обучать заказчиков. Не только мы к этому пришли. Я знаю, что коллеги пришли. И мы это делаем.

Мужчина: Но заказчики это не инопланетяне, которые откуда-то прибыли.

Ведущий: Мы это делаем. Мы проводим для заказчиков мероприятия, где мы их обучаем. И показываем на пальцах разницу между хорошей выборкой и плохой выборкой.

Мужчина: Вспомнил! Вот клиентские, это то о чем Джон, по моему, имел в виду или сказал. Изучая свои клиентские сети, вы не знаете кто у вас чем дышит, те люди, которые не входят в ваши базы. Поэтому шанс распространиться и найти новые ниши у вас минимальный получается. Потому что в вашу клиентскую базу не входят люди те, которые говорят:"Ага, ну раз с 1842 года. Какой отстой! Я буду клиентом "Сбербанка" только по нужде". Спасибо. Александр, это не к вам.

Ведущий: Вот дискуссионный комментарий я с позволения сказать давайте не разворачивать на этом длинную дискуссию, потому что все хотят обедать. Самый последний вопрос был у Вас, и на этом мы завершим.

Женщина: Я хочу сказать, что Александр говорил о том что мы не готовы платить за поля. У нас есть биг дата. Это дает нам определенный. А Джон высказал определенно другую позицию, о том что не стоит пренебрегать методами. Вчера я была на секции, которую Патрисия Мой вела. Она рассказывала об опте американских социологов. О то что все известные классические методы, которые они использовали, не смогли спрогнозировать победу Дональда Трампа на выборах. И она сказала о том, что было большое влияние СМИ на людей. Быть может если бы были проведены те же самые анализы лайков и дизлайков в соцсетях, о которых говорил Джон. Возможно. Ну, то есть вопрос в чем? Быть может мы... Не стоит говорить о том, что биг дата замещает классические методы или классические методы актуальны.

Ведущий: Нужно их дополнять.

Женщина: Да, что может быть вопрос задачи...

Ведущий: Тезис понятен, коллеги? Это наверное все таки не вопрос. И я не удержусь от того чтобы сказать о том что про американцев у нас была опять целая секция сегодня утром и мы обсуждали прогнозы это известной. Они не ошиблись. Они правильно предсказали народное голосование. Клинтон набрала на 3 миллиона голосов больше, чем Трамп. Точка. А про совмещение методов. Это некоторый предмет для отдельных методических дискуссий. У нас сегодня одна из них, я надеюсь, будет на мастер-классе у Джона вечером. И будут еще секции другие [2:03:53] методом. Я думаю, что там можно эту дискуссию продолжить. Всем спасибо! Коллеги, Всем приятного аппетита

Фотоотчет:

  • VII СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУШИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
  • VII СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУШИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ
  • VII СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ГРУШИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ