Аналитический обзор
Фото: Depositphotos
Политика

ЭЛЕКТОРАЛЬНОЕ ПОЛЕ

В парламентских выборах в декабре 1999 г. приняли участие около 62% россиян избирательного возраста. По прошествии двух с половиной лет 50% из этого числа помнят о том, как они голосовали, а 12% отвечают, что запамятовали, или не хотят отвечать на этот вопрос. Заметно больше таких беспамятных в электорате “Единой России” и особенно в той его части, которую составляют бывшие избиратели ОВР.
Фото:
Коротко о главном
  • Симпатии российских избирателей смещаются в сторону “партии власти”
Обзор Таблицы Методика Комментарии Инфографика Презентация Материалы

Коротко о главном:

  • Симпатии российских избирателей смещаются в сторону “партии власти”

Отборочные игры на электоральном поле симпатии российских избирателей смещаются в сторону “партии власти”.

20 октября 2002 г. Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) представляет данные опросов, проведенных по выборке, репрезентативной для взрослого (18 лет и старше) население России по полу, возрасту, уровню образования, региону и типу населенного пункта.

Все понимают, что до парламентских выборов далеко, до президентского трона высоко, но тем не менее предвыборная возня потихоньку разогревается, и в этой связи данные опросов по поводу электоральных предпочтений людей становятся предметом все более пристального интереса партийных лидеров и политтехнологов. Что же показывают эти данные? Прежде всего на их обобщенной основе можно с достаточной степенью достоверности представить себе реальную структуру российского электората. Как мы помним, в парламентских выборах в декабре 1999 г. приняли участие около 62% россиян избирательного возраста. По прошествии двух с половиной лет 50% из этого числа помнят о том, как они голосовали, а 12% отвечают, что запамятовали, или не хотят отвечать на этот вопрос. Заметно больше таких беспамятных в электорате “Единой России” и особенно в той его части, которую составляют бывшие избиратели ОВР. Довольно часто это старики из социальных низов, что как раз и говорит о том, что существенная часть электората “партии власти” формировалась путем наспех проведенной мобилизации безответственных и безответных в гражданском смысле групп населения.

Что касается той половины населения, которая помнит о том, куда инвестировала свои голоса, то она, в свою очередь, делится пополам на тех, кто сохранил верность поддержанным им партиям, и тех, кто поменял свои намерения, уйдя в абсентеисты или сменив свои партийные привязанности. Если исходить из того, что число принципиальных, а не случайных абсентеистов составляет примерно четверть населения (а вообще-то важным для себя и необходимым считают участие в выборах в Думу только 46% граждан России), примерно 36% избирателей можно отнести к так называемому броуновскому электорату, очень переменчивому, лабильному, находящемуся в зависимости от текущих событий и связанных с ними сиюминутных настроений. Данные опросов показывают, что наибольшую устойчивость обнаруживает электорат КПРФ, сохранивший за время, прошедшее со дня последних парламентских выборов, 60% своего состава; около половины сохранили ЛДПР, СПС и “Единая Россия”; больше же всего (две трети) потеряло “ЯБЛОКО”, причем этот обвал случился буквально на глазах — в мае текущего года, что требует особого объяснения.

Конечно, в броуновском электорате шараханья с левого на правый фланг и наоборот случаются редко, но перемещения справа или слева в центр и обратно или уход в отказ имеют место постоянно и определяются политической конъюнктурой и впечатлениями момента. Этот электорат как бы сидит на игле телевизионной зависимости. Скажем, из прежнего электората ЛДПР десятая часть заявляет, что не будет участвовать в выборах, но в шесть раз больше сторонников пришло в него из лагеря абсентеистов, и нынешний электорат почти наполовину состоит из тех, кто в прошлых выборах не участвовал. Именно прошедший май оказался временем повышенной интенсивности такого рода перетеканий. Причем затронули они как левую, так и правую часть партийного спектра. В правом сегменте и СПС, и “ЯБЛОКО”, и ЛДПР потеряли примерно по два с лишним миллиона сторонников, и вместе с мелкими партиями (Демократической партией, Социал-демократической партией и т.п.) общая убыль составила 6,8% (примерно 7,5 млн. человек). За этот же месяц 4,7% (или около 5 млн. избирателей) прибавила “Единая Россия”. Перемещение электората в сторону “партии власти” находит объяснение в том впечатлении успеха, которое произвела встреча Путина и Буша. Рейтинг доверия Путину вырос в мае на 7 пунктов, и, хотя между поддержкой президенту и электоральной базой “партии власти” нет прямого количественного соответствия, все же определенная зависимость имеется. Достижения Путина на внешнеполитической арене, несомненно, сильно снизили градус оппозиционности, особенно в оппозиции справа. “Яблочный” электорат явственным образом сдвинулся в сторону поддержки Путину (одобрили деятельность президента 83% “яблочников” вместо 74% в апреле) и, по сути дела, отвернулся от своего олицетворяющего оппозиционность лидера. Даже в “усохшем” на 2 миллиона человек электорате “ЯБЛОКА” Явлинскому на гипотетических “выборах ближайшего воскресенья” отдают свои голоса только 9%, 29% находятся на перепутье, а 61% отдают предпочтение Путину. В процентах же от всего взрослого населения у лидера “ЯБЛОКА” обозначился полный провал: его президентский результат составил всего 0,3% вместо обычных в последнее время 2,5%, опустив его ниже не блистающего в этом состязании своими результатами Немцова (0,6%).

СПС, испытавший похожий кризис поддержки в январе 2002 г. и с тех пор уверенно наращивавший электорат, в немалой степени благодаря оппозиционным акциям и жестам лидера партии на эту же оппозиционность и напоролся. Электорат партии в мае покинули около 2,5 млн. человек, часть из которых решили, что будут голосовать за Путина и против всех партий (таких в электорате Путина довольно много — 8%), либо переметнулись к “Единой России”. Но в целом электорат СПС после январского провала все-таки вырос. Сравнительные результаты основных партий в апреле и мае 2002 г. в табличном виде (в процентах от взрослого населения) представлены в таблице.

Таким образом, Путин и все, что связано с его именем и его действиями, оказывается решающим фактором политических настроений. На главе государства сфокусировано внимание общества, и от его позиции зависит поведение того самого броуновского электората, о котором говорилось выше.

Вместе с тем при всем широком одобрении деятельности президента (уровень этого одобрения за последние полтора года ни разу не опускался ниже 70%), в обществе имеется и устойчивое число не одобряющих его курс, редко опускающееся за отметку 20%. Конечно же, в значительной своей части этот сегмент населения голосует за КПРФ, объединяющую вокруг себя 35% всех этих недовольных. Пятая их часть предпочитает не участвовать в парламентских выборах, 8% голосуют против всех партий. Правая оппозиция привлекает к себе 3% недовольных Путиным граждан — 2% в электорат “ЯБЛОКА”, 1% в электорат СПС.

В то же время анализ данных опросов показывает, что все вместе партии правого направления (от Социал-демократической до “Либеральной России”; ЛДПР в расчет не берется) собирают вокруг себя чуть более 8% от всего взрослого населения. Это существенно меньше, чем результат коммунистов, пусть даже и потерявших в мае в результате последних внутрипартийных дрязг около 6 млн. избирателей, но все же сохранивших поддержку 18% населения, и чем у пользующейся поддержкой 16% “Единой России”. Кстати, 1,5 млн. избирателей КПРФ перешли к АПР, впервые продвинув эту партию к заветному 5-процентному барьеру, а полмиллиона пополнили пока еще слабую (1,7%) селезневскую “Россию”.

В свете этих данных объединительные проекты демократов не выглядят сколько-нибудь перспективно. Еще более плачевная картина вырисовывается в связи с гипотетическими президентскими выборами. Даже объединив все голоса, подаваемые за Немцова (0,6%), Хакамаду (0,3%), Гайдара (0,1%) и Явлинского (0,3%), мы все равно не получаем результата, превышающего показатели отдельно взятых Жириновского (3,2%) и Тулеева (2,2%). Зюганов потерял за последний месяц почти треть своего электората, но сохраняет в этой гонке второе (8,6%) после недосягаемого Путина (48,7%) место. Что дает выдвижение единого кандидата правых при таком раскладе? Да, шансов на победу очень мало, но эти 8% правого электората имеют право заявлять свои интересы через продвижение своего кандидата. Чтобы на президентских выборах вновь не оказаться в положении, когда придется голосовать “против всех”.

Разумеется, приведенные цифры не являются прогнозом, и реальные результаты могут быть и иными, но не настолько, чтобы за оставшиеся до президентских выборов два года это соотношение сил претерпело коренные изменения. Как выразился один искушенный политолог, “опустить рейтинг Путина не проще, чем уронить самолет с президентом на борту”. И действительно, может так случиться, что судьба президентства будет решаться не на полях электоральных поединков, а в закулисных сражениях элит. Не потому ли невольным намеком на то, как опасно в странах с рыночной экономикой задевать интересы нефтяных королей, прозвучал фильм о президенте Кеннеди, показанный на открывшем вещание канале ТВС? Впрочем, мы не страна с рыночной экономикой, хотя из вежливости и признаны таковой.

Данные опросов о поддержке партий избирателями

(закрытый вопрос, один ответ, % от всех опрошенных)

 

Апрель 2002

Май 2002

 

КПРФ

23,3

17,8

-5,5

“Единая Россия”

11,6

16,3

+4,7

ЛДПР

6,4

4,5

-1,9

СПС

6,4

4,1

-2,3

“ЯБЛОКО”

4,8

2,7

-2,1

АПР

1,5

2,9

+1,4

“Женщины России”

3,1

2,8

-0,3

Партия развития предпринимательства

0,7

1,0

+,03

РНЕ

1,6

0,8

-0,8

“Россия”

1,3

1,7

+0,4

Против всех

6,3

7,3

+1,0

Не стал бы участвовать в выборах

14,9

17,5

+2,6

Затрудняюсь ответить

16,4

18,8

+2,4

Тематический каталог

Эксперты ВЦИОМ могут оценить стоимость исследования и ответить на все ваши вопросы.

С нами можно связаться по почте или по телефону: +7 495 748-08-07